Главная » Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
15:09
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Глина
Глина (геологич.) – весьма распространенная вторичная или обломочная горная порода, происшедшая от выветривания других горных пород, преимущественно заключающих в своем составе полевой шпат. В чистом виде Г. встречается крайне редко: примеси кремнекислоты, окиси железа и марганца, углекислой извести и других хим. соединений, а равно зерен кварца, полевого шпата, слюды, железного блеска и органических веществ делают состав Г. весьма изменчивым. Г., в сухом виде, представляет плотное или землистое, часто жирное на ощупь вещество, легко растирающееся в порошок; липнет к языку, жадно поглощает воду, издавая особый характерный запах, и переходит при этом в мягкую пластичную массу. В природе Г. встречается или в местах ее образования – по соседству с разрушающимися полевошпатовыми породами, или увлекается текущими водами далеко от места происхождения и отлагается на дне рек, в морях и океанах, смешиваясь на пути с другими, переносимыми водой органическими и неорганическими частицами. Разрушение горных пород началось тотчас же по выходе их на земную поверхность, а на ряду с тем происходило размывание и перенесете водой образовавшихся глинистых частиц, поэтому слои и прослойки Г. встречаются во всех геологических отложениях от самых древних до более новых, чаще, однако, в последних. При разнообразии химического состава физических свойств, времени образования и места нахождения Г. существует большое количество названий для их разновидностей: то по их геологическому возрасту (напр., юрская Г.), то по заключенным в ней органическим остаткам (орнатовая Г.), то по техн. применению (горшечная, кирпичная Г.), то наконец по мин. составу (кварцовая Г. и т. д.). Важнейшими из разновидностей являются: каолин, собственно Г. и сланцеватая Г. Каолин встречается преимущественно в виде гнезд в гранитах, гнейсах, сиенитах и фельзитовых порфирах или в ближайшем соседстве с ними. Наиболее известные месторождения каолина находятся в Китае, Саксонии, Богемии и Англии. В России наилучшие сорта добываются в Глуховском у. Черниговской и в Александровском у. Екатеринославской губ. Обыкновенная глина отличается от каолина большим содержанием примесей и вследствие того меньшей огнеупорностью. Месторождения Г. весьма многочисленны, но наилучшие горшечные известны у нас в России в Новгородской губ. (боровичская Г.), в Московской губ. (гжельская Г.) и в Миргородском у. Полтавской губ. Наконец, сланцеватые Г. представляют уплотненную от времени и давления вышележащих горных пород Г. с ясно выраженной сланцеватостью и слоистостью, наичаще темно-серого или черного цвета от содержащихся углистых веществ. Кроме песка и листочков слюды, в сланцеватых Г. часто встречаются в виде примеси иголочки роговой обманки, серный колчедан, железный блеск и многие другие минералы. Помимо техн. применения, Г. в природе имеет весьма важное значение, благодаря своей водонепроницаемости. Насыщенные водой глинистые слои задерживают вновь притекающую воду, которая скопляется и течет по их поверхности. Между прочим, основываясь на этом свойстве Г. и зная геологическое строение местности, удается во многих случаях заранее определить возможность получения колодезной или артезианской воды и даже приблизительную глубину, на которой может быть встречена вода. О глинах см. К. Бишоф, «Огнеупорные Г., их нахождение, состав, исследование, обработка и применение» (пер. Н. Миклашевского, СПб., 1881); также П. Миклашевского, «Месторождения огнеупорных материалов в России» (СПб., 1881). Б. П.
Глинка (Михаил Иванович)
Глинка (Михаил Иванович) – знаменитейший русск, композитор, род. 20 мая 1804 г., в селе Новоспасском, Смоленской губ., ум. в ночь со 2-го на З февраля, в 1867 году, в Берлине, похоронен в Петербурге в Александро-Невской лавре. Детство Г. почти безвыездно провел в деревне. Первые проблески музыкальных способностей выражались у ребенка страстью к колокольному звону. Г. так любил трезвон, что во время болезни для его забавы приносили малые колокола к нему в комнату. Оркестр дяди, наезжавший нередко к отцу Глинки, немало способствовал развитию музыкальной натуры гениального мальчика. Исполнение оркестром русских песен производило на Г. глубокое впечатление. На одиннадцатом году им овладело непреодолимое влечение к музыке. «Музыка – душа моя» – эти слова были девизом Г. Учиться игре на фортепиано Г. стал в 1815 г. Любимыми его пьесами были, после русских песен, сочинения Крейцера, Мегюля, Штейбельта. В 1822 г. Г. окончил курс в пансионе при Главном педагогическом институте в Петербурге. Во время пребывания в пансионе Г. не бросал музыку и занимался с Фильдом, от игры которого был в восторге. Позднее Г. занимался у Карла Мейера. Ему он всего более обязан развитием своего таланта. 18 лет Г. принялся сочинять – «писать ощупью», как он сам выражался. Теорию композиции он еще не изучал. Сперва им были написаны вариации на темы Вейгля и Моцарта, а затем вальс «собственного сочинения» для фортепиано, в f-dur. В 1823 г. Г. посетил Кавказ, который оставил неизгладимый след в его впечатлительной натуре. Впоследствии Г., благодаря Кавказу, гениально передал восточный колорит в своей опере «Руслан и Людмила». Возвратившись в с. Новоспасское, Г. принялся за изучение музыкальных классиков; с оркестром дяди он разучивал произведения Гайдна, Моцарта, Бетховена, Керубини и пр., практически знакомясь с характером инструментовки образцовых композиторов. Приехав в Петербург в 1824 году, Г. возобновил свои занятия у Мейера и пользовался его советами до 1830 г., Занимаясь еще с итальянцем Замбони, сочиняя на заданные итальянские тексты арии, речитативы и пр. Подробный список сочинений, написанных Г. до 1830 г., помещен в отчете Импер. публичной библиотеки (1867 г.). К этому периоду относятся романсы: «Моя арфа», «Не искушай», «Светит месяц», квартеты и пр. В 1830 году Г. уехал за границу и пробыл там четыре года, преимущественно в Италии, где он изучал искусство пения. Своим сочинениям, написанным в это время, Г. не придает значения. Путешествие принесло Г. особенную пользу в том отношении, что в Берлине он в течение пяти месяцев основательно занимался теорией композиции у известного теоретика Дена. Г. говорит о Дене следующее: «он привел в порядок мои теоретические сведения и собственноручно написал мне науку гармонии или генерал-бас, науку мелодии или контрапункт и инструментовку... Нет сомнения, что Дену обязан я более всех других maestro». Будучи за границей, вдали от всего родного, блинка почувствовал тоску по родине. Он вспомнил молодые годы, обаяние русской песни – и напал на мысль написать народную оперу. Мысль о русской опере не покидала Г. и по его возвращении в Россию, в 1834 г. По совету Жуковского, Глинка остановился на сюжете «Ивана Сусанина», который и обработан, по плану Г., бароном Розеном. Г. с жаром принялся за работу; сперва написал увертюру, а затем принялся за первые два акта. В 1836 г. у князя Юсупова, а затем у графа Виельгорского, был исполнен первый акт «Жизни за Царя». Окончив оперу, Г. не без труда добился ее постановки на императорской сцене. Дирекция обязала Г. подпискою не требовать вознаграждения за свое произведение. В пятницу, 27 ноября 1836 г., состоялось первое представление «Жизни за Царя». Успех оперы был громадный. Спрос на номера оперы, изданной Снегиревым, был так велик. что недоставало экземпляров для продажи. В период времени от 1830 до 1836 г., кроме оперы, Г. написал несколько вариаций на разные темы, трио для фортепиано, кларнета и фагота (1833), романсы: «Дубрава шумит», «Не называй ее небесной», «Только узнал я тебя» и пр. К 1836 – 1838 г. относятся: «Ночной смотр» для пения, польский с хором, романсы: «Где наша роза», «Сомнение», «В крови горит огонь желанья».
Вскоре после «Жизни за Царя» Г. принялся за оперу «Руслан и Людмила»; но сочинение ее шло не так быстро, как сочинение первой оперы. «Руслан» был дан в первый раз также в пятницу, 27 ноября 1842 г. Ход работы замедлялся составлением либретто, которое делалось коллективно (стихи для либретто, кроме взятых из поэмы Пушкина, писали Ширков, Кукольник, Гедеонов и автор оперы), занятиями в певческой капелле, куда Г. был назначен в 1837 г. капельмейстером, уроками в театральной школе, болезнью, разрывом с женой. Энергию в Г. до некоторой степени поддерживала своим сочувствием к его таланту «брат» – кружок литераторов и художников, образовавшийся у Кукольника. Первыми номерами из «Руслана», сочиненными Г., были: большая часть номеров 1-го действия; персидский хор «Ложится в поле мрак ночной», марш Черномора и баллада Финна (1838). Первое представление не оправдало ожиданий Г. Успех «Руслана» был слабее успеха «Жизни за Царя». Новая опера Г. вызвала в публики и критике самые разнообразные и противоположные суждения. После 32-х представлений «Руслан» не появлялся на сцене; водворение итальянской оперы было причиной прекращения деятельности русской труппы в СПб. Только в шестидесятых годах началось движение в пользу «Руслана». В настоящее время эта опера всеми считается перлом русского музыкального искусства. Между 1838 и 1842 г., кроме «Руслана», Г. написал музыку к драме Кукольника «Князь Холмский», вальс фантазию (1839), тарантеллу с хором (по просьбе Мятлева, в 1842 г.), выпускной хор e-dur для девиц Екатерининского института (1841) и пр. В 1843 г. Г. почти не сочинял; им написаны только два романса: «Люблю тебя», «К ней» и тарантелла a-moll для фортепиано. Прекращение деятельности русской оперы в Петербурге, а с ней и представлений «Руслана», было сильным ударом для Г., имевшим большое влияние на его дальнейшую композиторскую деятельность. В 1844 г. Г. надолго отправился заграницу. В Париже Г. дебютировал, как композитор, в двух концертах-монстр, под управлением Берлиоза, большого почитателя Т. На этих концертах были исполнены лезгинка из «Руслана» и рондо Антониды из «Жизни за Царя». Ободренный успехом, Г. сам дал концерт, в котором познакомил публику с некоторыми своими произведениями, в том числе и с маршем Черномора. Но гораздо больший успех в то время имели сочинения Г. в Петербурге: ария Гориславы из «Руслана», трио из «Жизни за Царя» в исполнении итальянцев приводили публику в восторг. Переселившись в Испанию, Г. пытался познакомить публику с своими произведениями, но эти попытки остались безуспешными. Уже в Париже у Г. возникла мысль сочинить несколько концертных пьес для оркестра, под названием «Fantaiaies pittoresques». В Испании Г. намеревался писать оперу в испанском роде. Он внимательно изучал и записывал народный песни. Плодами его пребывания в Испании являются увертюра «Аррагонская хота» и интересная коллекция испанских народных мелодий. До 1854 г. Г. постоянно менял свое жительство: жил в Смоленске, Варшаве, Петербурге, Париже. Во время этих странствований им написано несколько романсов, как напр. : «Слышу ли голос твой», «Заздравный кубок», «Песнь Маргариты», «Финский залив», затем вторая испанская увертюра («Ночь в Мадриде») и знаменитая «Камаринская». В 1852 г. Г. начал симфонию «Тарас Бульба», но оставил ее. В 1854 г. Г. возвратился в Петербург, где и пробыл около двух лет. По просьбе сестры своей Л. И. Шестаковой и друзей, Г. начал свою биографию, которую и окончил в 1855 г. Она доведена до возвращения в Россию, в 1854 г. В последние годы Г. оркестровал несколько своих и чужих вещей. В 1855 г. Г. опять воспрянул: им задумана была новая опера «Двумужница» (по драме князя Шаховского). Но медленность работы либреттиста охладила Г., который перешел к новому предприятию – сообщить православной церковной мелодии настоящую, вполне ей свойственную гармонизацию. В 1856 г. Г. положил на три голоса эктению обедни «Да исправится». К выдающимся церковным произведениям Г. относится «Херувимская». Сознавая, что гласы, на которых построены песнопения православной церкви, находятся в прямой связи с церковными ладами зап. церкви, Г. поехал в 1856 г. в Берлин к Дену с целью основательно изучить новый для него предмет. Занятия с Деном шли успешно. К несчастию, они были последними; Г. простудился и умер. В 1885 г. в Смоленске ему поставлен памятник. 50-тилетия опер «Жизнь за Царя» (1886) и «Руслана» (1892) Россия достойно чествовала. В день юбилея «Руслана» в Петербурге улица, ведущая от Поцелуева моста к Никольской церкви, мимо Мариинского театра, названа улицею Глинки.
Деятельность Г. полна беспредельного творчества, богатого развит. Он опередил современные ему музык, вкусы и понятия; потому то он своевременно и не был понят. Если сравнить деятельность Г. в количественном отношении с деятельностью многих весьма известных композиторов, писавших оперы дюжинами, то она окажется не обширною. Но если посмотреть на нее с точки зрения качественной, то она громадна. Национальную оперу он довел до такой художественной высоты, до которой ни один русский композитор не достигал после Г. Характер произведений Г. в высшей степени разнообразен. Типичность его музыкальн. образов удивительна; мелодические и гармонические стороны его творчества одинаково поражают своим богатством. Сосредоточилось оно, главн. обр., в вокальных сочинениях; но и как симфонист Г. выдается необычайной самобытностью, колоритом и гибкостью. Деятельность Г., по степени развития его творческой способности, можно разделить на три периода. К первому (1822 – 1834) относится ряд более или менее удачных работ, свидетельствующих о задатках таланта. Это период приготовительный. Второй период (1834 – 1837) представляет плоды трудов предшествовавших лет. В «Жизни за Царя» Г., при всей своей гениальности, не отличается еще вполне самостоятельным характером в вокальных и симфонических формах. Но в этой опере встречается в первый раз художественная обработка русской песни, которая легла в основе всей оперы. Благодаря Г., создалась русская опера. В этом же периоде написаны самые замечательные романсы Г. Уже в начали третьего периода (1837 – 1857), в «Руслане», Г. менее прибегает к народным мелодиям; а сам создает чисто славянскую музыку. В этом периоде удивительная способность русск, художника к воспроизведены самых разнообразных народных типов в музыке является в полной силе и блеске. Оркестр Г. достигает самого блестящего развития; в его формах оригинальность, свежесть, новизна. Деятельность Г. не представляет ряда случайных, более или менее удачных проявлений таланта. Напротив, в ней видно беспрерывное, прогрессивное развитие, стремление к новым горизонтам – стремление, свойственное великим художникам, которым. суждено обозначать собою поворотные пункты в искусстве. Ср. автобиографию Г. (изд. «Русской Старины», 1871), вторичное издание записок, с присоединением переписки (издание Суворина, 1888); статья В. В. Стасова, «Михаил Иванович Глинка» («Русский Вестник», 1857); «Глинка и его значение в истории музыки», Лароша («Русский Вестник», 1868); «Воспоминания Ф. М. Толстого, по поводу записок М. И. Глинки» («Русская Старина», 1871); «Воспоминания о Михайле Ивановиче Глинке», А. Н. Серова («Искусство», 1860, №№ 1, 2, 3, 4, 5); «Руслан и русланисты», А. Н. Серова («Музыка и Театр», 1867); «Подробный разбор оперы „Жизнь за Царя“», Ростислава (СПб., 1854); "Первоначальный план оперы «Руслан и Людмила», В. В. Стасова («Русская Старина», 1871); «План первых трех действий оперы „Жизнь за Царя“, с подлинной рукописи М. И. Глинки» («Музыкальный Сезон», № 8, 1870); «Письма М. И. Глинки» (СПб., 1872): «Биографический лексикон русских композиторов», А. И. Рубца (1886); «Биография Глинки» (Смоленск, 1885); «М. И. Глинка», очерк Оболенского и Веймарна (СПб., 1885); "Очерк истории оперы «Жизнь за Царя», Веймарна (1886); «Пятидесятилетие опере „Жизнь за Царя“», Загоскина (Казань, 1887); «Памяти М. И. Глинки», В. В. Стасова (СПб., 1887); «Glinka», par Octave Fouque (П., 1870); «Glinka», Prof. Carozzi (Милан, 1874).
Н. Соловьев.
Глинка (Федор Николаевич)
Глинка (Федор Николаевич), брат С. Н. Глинки (1786 – 1880); воспитание получил в первом кадетском корпусе. В 1805 – 06 г., состоял адъютантом при Милорадовиче, участвовал в походе против французов и был при Аустерлице. В 1807 г. был сотенным начальником дворянского ополчения, а в 1812 г. опять поступил в армию адъютантом к Милорадовичу и находился в походе до конца 1814 г. Вернувшись в Россию, он издал «Письма русского офицера» (М., 1815 – 16, 2-е изд. М. 1870). Эти письма доставили ему литературную известность. В 1816 г. Ф. Н. переведен в гвардию, в измайловский полк, с прикомандированием к гвардейскому штабу. В это время при штабе образовались библиотека и «Общество военных людей», а вскоре начал выходить и «Военный журнал», которого Г. был редактором. Большое участие он принимал и в «Вольном обществе любителей российской словесности» состоял то вице-председателем, то председателем его. Упражняясь в стихотворстве, Глинка писал и книги для народа: «Лука да Марья», пов. (СПб., 1818), «Подарок русскому солдату» (Спб., 1818), «Зиновий Богдан Хмельницкий» (СПб., 1819). Совершенное им в 1810 – 11 г. путешествие по России дало ему повод написать «Мечтания на берегах Волги» (СПб.) 1821). В это время своей деятельности Ф. Н., вместе с М. Ф. Орловым и А. Н. Муравьевыми, основали «Союз благоденствия северных рыцарей», но Глинка, скоро отстал от общества. Тем не менее 14 декабря отразилось и на нем: в 1826 г. он был исключен из военной службы и сослан в Петрозаводск. Здесь он тотчас же был определен советником олонецкого губернского правления; в 1830 г. переведен в Тверь, где женился на А. П. Голенищевой-Кутузовой, а в 1832 г. – в Орел. В 1835 г. он вышел в отставку и поселился в Москве. За это время определился и талант Г. как духовного поэта, талант небольшой, но оригинальный, направление которого, как определил его Белинский, было «художественно и свято». Еще в 1826 г. он издал «Опыты священной поэзии» (СПб.), а в 1839 г. вышли его «Духовные стихотворения». В этих сборниках попадаются очень грациозные стихотворения, дышащие искренним чувством. Гораздо скучнее его поэма: «Карелия или заточение Марфы Иоанновны Романовой» (СПб., 1830). В 1853 г. Г. переселился в Петербург и в 1854 г. напечатал известное в свое время патриотическое стихотворение «Ура! На трех ударим разом», с воинственным направлением. В Спб. период своей жизни О. Н. стал интересоваться спиритизмом и впал в мистицизм, к которому имел несомненную наклонность и ранее. Плодом такого настроения были «Иов, свободное подражание книге Иова» и поэма «Таинственная капля» (Б., 1861 и М. 1871), не имеющая художественных достоинств. В 1862 г. Г. переселился в Тверь занимался там археологией, и принимал участие в общественных делах. См. А. К. Жизневский, «О. Н. Глинка» (Тверь, 1890) и "Беседы в общ. люб. росс. слов. " I, 1867 г. (оценка его трудов – Н. Путяты и А. Котляревского). М. Мазаев.
Глиптотека
Глиптотека, в тесном смысле слова – собрание резных камней (гемм и интальи), в широком – собрание произведений пластики вообще, преимущественно же античной. Под этим названием в особенности известен музей в Мюнхене, сооруженный в 1816 – 1830 гг. архитектором Л. фон Кленце и заключающий в себе скульптурные памятники, собранные в 1805 – 1816 гг. баварским королем Людвигом I, тогда еще наследником престола. Мюнхенская Г. – обширное здание квадратного плана, с наружностью ионического стиля. Средину главного фасада занимает портик о восьми колоннах, поддерживающих трехугольный фронтон, поле которого украшено скульптурною группою «Минервы, покровительницы пластических искусств» (работы Шванталера и др. художников), воспроизводящей композицию Вагнера; по обе стороны портика стоят в стенных нишах шесть мраморных статуй (три справа и три слева). В боковых фасадах имеются также по шести ниш с подобными статуями. Статуи, вырубленные по моделям Вагнера, изображают покровителей искусства Перикла, имп. Адриана и знаменитых ваятелей древности и новейшего времени. Внутри мюнхенская Г. представляет ряд зал, расположенных вокруг квадратного двора и освещаемых выходящими на него окнами (за исключением двух угловых зал заднего корпуса, окна которых выходят наружу). Залы отделаны в римском стиле; одна из них, так наз. «зала богов», украшена любопытными фресками Корнелиуса. Среда памятников пластики, хранящихся в этом музее, особенно замечательны: статуя архаического периода, греческого искусства: «Аполлон Тенейский», фрагменты двух скульптур, украшавших собою храм Минервы на о-ве Эгине (так назыв. «Эгинские мраморы»), статуя Аполлона Кифареда, «Медуза Рондини», торс одного из сыновей Ниобы и мн. друг. А. С – в.
Глухарь
Глухарь или глухой тетерев, мошник, моховик, моховой тетерев (Tetro Urogallus) – самый крупный из тетеревов; от других тетеревов он отличается сильно округленным хвостом и удлиненными перьями на горле. Самец достигает в длину 1, 1 м. и более, в размахе крыльев 1, 4 м.; вес его достигает 6 и более кгр.; голова и шея черноватые, задняя сторона шеи пепельно-серая с черными пятнами, передняя черная с серым, спина черноватая с бурыми и серыми пятнышками, грудь зеленоватостального цвета, нижняя сторона покрыта черными и белыми пятнами, хвост черный с белыми пятнами, голая кожа около глаза ярко-красного цвета, клюв – белорозового. Самка на 1/3 меньше и окрашена весьма пестро смесью ржаво-желтого, ржаво-красного, черно-бурого и белого цвета; горло, сгиб крыла и верхняя часть груди – ржаво-красные. В прежнее время Г. водился во всех сплошных лесах Европы и Азии; теперь же он местами истреблен, но тем не менее область распространения его весьма велика. Больше всего Г. в Европейской и Азиатской России и в Швеции до 69° с. ш., но он встречается также в Испании, Греции, Малой Азии, на Альпах, Карпатах, среднегерманских горах и Гарце. Г. держится преимущественно в сплошных высокоствольных хвойных, а также в смешанных лесах, редко в лиственных, очень любит моховые болота в лесу, богатые ягодами. Он ведет вообще оседлый образ жизни, но иногда предпринимает перекочевки с гор в долины и обратно. День он обыкновенно проводить на земле, ночует на деревьях. Пища его состоит из древесных почек, листьев и хвои, травы, лесных ягод, семян и насекомых. Г. летает тяжело, с большим шумом, часто хлопая крыльями, и не делает больших перелетов; он очень осторожен, обладает прекрасным слухом и зрением и потому охота за ним вообще трудна. Ранней весною Г., до того времени державшиеся по одиночке, собираются в известных частях леса и здесь ранним утром самцы начинают токовать, т. е. издавать своеобразные звуки, сопровождая их странными телодвижениями. Токование начинается рядом щелкающих звуков, затем после главного «удара» следуют особые шипящие звуки, похоже на теченье железных предметов, Г. «точить». Самец в это время нахохливает все перья, часто поворачивается и находится в крайне возбужденном состоянии, так что во время точенья оставляет свою обычную осторожность. Так продолжается до солнечного восхода; затем самец слетает на землю к самкам и спаривается с ними; самки иногда собираются по близости от токующих самцов, иногда же самцам приходится далеко перелетать к ним. Из-за обладания самками между самцами происходят ожесточенные драки, оканчивающиеся иногда смертью одного из бойцов. По окончании тока, продолжающегося 3 – 4 недели, самки выбирают места для гнезд, которые представляют ямку в земле, выстланную иногда веточками. Число яиц, смотря по возрасту самки, может колебаться от 6 до 12; яйца желто-серого или грязножелтого цвета, с темными пятнами. Как яйца, так и птенцы самоотверженным образом охраняются самкой. Как на свободе, так и в неволе Г. дает иногда помесь с тетеревом, известную под названием Tetrao inedius s. hybridus.
Н. Книпович.
Г. ежегодно привозится из северных губерний на наши столичные рынки в весьма значительном количестве и еще в большем числе потребляется на месте добывания его. Весною охотятся только на самцов Г., во время токования, начинающегося с конца марта и продолжающегося до первых чисел мая, при чем охота основывается на том, что токующая птица, во время скирканья (вторая часть глухариной песни, первая же называется щелканьем), закинув голову, закатив глаза, надув перья, развернув хвост и полуопустив крылья, лишается, обычной остроты зрения и чуткости. Пользуясь этим обстоятельством, охотники, выслушав еще издали поющего глухаря, во время скирканья его, продолжающегося 3 – 4 секунды, делают по направлению к нему несколько больших прыжков и затем остаются неподвижными до следующего скирканья, во время которого снова прыгают, и так продолжают до тех пор, пока не приблизятся к дереву, на котором токует Г., на расстояние 80 – 50 шагов, смотря по местности. При этом прицеливаются в Г. и спускают курок обязательно во время нового скирканья, так как нередко случается, что после промаха Г., не расслышав выстрела, не слетает с дерева и тогда удается выстрелить вторично. Детом, в июле, охотятся на глухарные выводки, разыскивая их в лесных ягодниках (на чернике, голубике и т. п.) с легавой собакой. Осенью стрельба Г. производится из шалашей и землянок на овсяных жнивьях и озимях, куда Г. слетаются кормиться, а также с подхода в осиновых и лиственничных лесах, куда Г. привлекаются вкусом завядшего осинового листа или побитой морозами иглы лиственницы. Зимою никакой охоты на Г. не производится и их добывают, равно как и осенью, особыми ловушками: капканами, силками, слопцами, давушками, пружками, очипками и др. Старых Г. стреляют дробью №№ 2 – 000, молодых же более мелкою №№ 4 – 7. На основании Высочайше утвержденных 3 февраля 1892 г. правил, охота на самок Г. воспрещается с 1 марта по 15 июля, а на самцов – с 15 мая по 15 июля; ловля их какими бы то ни было способами воспрещена в течение всего года. Ср. : Л. П. Сабанеев, «Глухой тетерев, охотничья монография» (1876); Разевич, «Глухарь в чернолесье» («Природа и Охота». 1880); Ф. Лоренц, «Глухарь» («Охотничья Газета», 1890). С.Безобразов.
Глюк
Глюк (Christoph-Willibald Gluck), знаменитый нем. композитор (1714 – 1787). Франция считает его своим, потому что наиболее славная его деятельность связана с парижской оперной сценой, для которой он написал свои лучшие произведения на французские слова. Многочисленные оперы его: «Artaserse», «Demofonte», «Fedra» и пр. были даны в Милане, Турине, Венеции, Кремони. Получив приглашение в Лондон, Г. для театра Hay-Market написал две оперы: «La Caduta de Giganti» (1746) и «Artamene» и оперу попурри (pasticcio) «Pyram». Эта последняя имела большое влияние на дальнейшую деятельность Г. Все оперы, доставившие огромный успех Г., были написаны по итальянскому шаблону, состояли из ряда арий; в них Г. не обращал особого внимания на текст. Свою оперу «Pyram» он составил из отрывков прежних опер, имевших наибольший успех, подладив под эти отрывки другой текст нового либретто. Неуспех этой оперы навел Г. на мысль, что только та музыка может производить надлежащее впечатление, которая находится в прямой связи с текстом. Этого принципа он стал держаться в следующих своих произведениях, усваивая себе постепенно более серьезное отношение к декламации, вырабатывая до мельчайших подробностей речитатив ариозо и не забывая о декламации даже в ариях.
Стремление к тесной связи между текстом и музыкой заметно уже в «Семирамиде» (1748). Но более осязательный поворот композитора к опере, как к музыкальной драме, заметен в «Orfeo», «Alceste», «Paride ed Elena» (1761 – 64), поставленных в Вене. Реформатором оперы Г. является в «Iphigеnie en Aulide», данной в Париже с громадным успехом (1774). Там же были даны: «Armide» (1777) и «Iphigenie en Tauride» (1779) – величайшее произведение Г. Последней оперой Г. была «Echo et Narcisse». Кроме опер, Г. писал симфонии, псалмы и пр. Всех опер, интермедий и балетов написано Г. более 50. Из многочисленных сочинений о Г. можно назвать: Siegmeyer, «Ueber den Ritter Gluck und seine Werke» (Берлин, 1825); Riedel, «Ueber die Musik des Ritters Christoph von Gluck» (Вена, 1775); Schmid, «Christoph Willibald Ritter von Gluck» (Лпц., 1854); Solie, «Notice sur Christophe Gluck» (Париж, 1840); «Etudes biographiques, anecdotiques et estetiques sur les compositeurs qui out illustre la scene franсaise» (1853). Н.С.
Гной
Гной (pus) – продукт действия на живую ткань гноеродных бактерий и некоторых химических агентов, вызывающих изменение и даже омертвение отдельных клеточных элементов, затем размягчение омертвевшего очага и пропитывание его гнойными тельцами, лейкоцитами, способными к размножению. Г. можно рассматривать также, как выпот при особого рода гнойном воспалении ткани, при чем последняя под влиянием Г. сама разрушается. По внешнему виду Г. – жидкость густая, непрозрачная, совершенно белая или с желтоватым, серым, синим оттенком, тягучая, довольно значительного уд. веса, чаще щелочной реакции. По химическому составу – очень сложная смесь и раствор различных тел; содержит от 6 до 8 % белковых тел: сывороточный белок, глобулин, нуклеин, пептон, затем лейцитин, холестерин, жиры; при разложении Г. развиваются кислоты муравьиная, валерьяновая и др. Солей до 1 %. Морфологически Г. состоит из сывороточной плазмы и взвешенных в ней гнойных телец, жировых капель свободно плавающих или заключенных внутри клеточных элементов, остатков эпителиальных, железистых клеток и т. п. Гнойные тельца представляются аналогичными белым кровяным шарикам; обыкновенно многоядерны; в свежем Г. овальны, в старом Г. измененные, в различных состояниях перерождения, жирового. Бактерии Г. – шаровидны; встречаются в форме гроздевидных скоплений цепочек и парно; введенные в ткань даже в чистом виде, они способны вызвать нагноение. Признается несколько разновидностей гнойных бактерий. Другие организмы могут также вызвать гнойное воспаление и нередко были находимы в Г.; так бугорковые палочки, лучистый грибок, пузыри эхинококков, плесневые грибки, амебы и пр. В старом Г., в замкнутых гнойниках, количество бактерий значительно уменьшается и они даже могут совсем исчезнуть, вследствие изменения состава плазмы, под влиянием продуктов выделения самих же бактерий и путем поглощения их белыми кровяными тельцами. Гноеродные бактерии распространены в воздухе и в окружающей обстановке человека очень обильны, почему и легко попадают на открытые раны, обнаженные серозные оболочки и вызывают в них нагноения
Врачи-практики, особенно старого времени, различают Г. доброкачественный и злокачественный. Первый, по Рудневу, имеет следующие характеристические черты: клетки его отличаются одинаковою величиною, шаровидною формою, резкими контурами, беловатым цветом протоплазмы; от прибавления уксусной кислоты сперва делаются видимыми ядра клеток, потом клетки делаются бледными и, наконец, растворяются. Сыворотка прозрачна, содержит только крупинки, растворимые в эфире или калийной щелочи. При впрыскивании в кровь не вызывает никаких общих изменений; при впрыскивании в подкожную клетчатку вызывает только местное нагноение. Г. «злокачественный», пиэмический, имеет отличия: клетки его неодинаковой величины, как будто изъедены, протоплазма их темна, зерниста. Количество бактерий очень велико. Запах Г. своеобразный; он более жидок, содержит кристаллы холестерина и жира и продукта гнилостного разложения белковых тел. При всасывании такого Г. получается пиэмия. Г. вообще или пролагает себе путь наружу и изливается, или рассасывается, при чем гнойные тельца распадаются и растворяются, или же Г. сгущается, превращается в творожистую массу, которая пропитывается со временем известковыми солями и, как всякий посторонний предмет в организме, капсулируется разрастающейся по окружности соединительною волокнистою тканью (. В. В. Подвысоцкий, «Осн. общ. патологии» т. I, 1891 г., СПб.). А. Л – ий.
Гномы
Гномы – духи, обитающие в недрах земли и гор и охраняющие подземные сокровища. Они могут принимать разные образы; мужские Г. обыкновенно безобразны, женские (гномиды) красивы. Они любят дразнить людей, но делают им больше добра, чем зла. Г. – любимые герои зап. европ. сказок.
Гносеология
Гносеология или гнозеология (более употребителен термин учение о познании, Erkenntnisslehre) – философская дисциплина, исследующая вопрос о возможности и условиях истинного знания.
Гностицизм
Гностицизм (гностика, гнозис или tuocwn) – так называется совокупность религиозно-философских (теософских) систем, которые появились в течение двух первых веков нашей эры и в которых основные факты и учение христианства, оторванные от их исторической почвы, разработаны в смысле языческой (как восточной, так и эллинской) мудрости. От сродных явлений религиозно-философского синкретизма, каковы неоплатонизм, герметизм, Г. отличается признанием христианских данных, а от настоящего христианства – языческим пониманием и обработкою этих данных и отрицательным отношением к историческим корням христианства в еврейской религии. В этом последнем отношении Г. стоит в особенно резкой противоположность к иудействующим сектам в христианстве с одной стороны, а с другой стороны – к каббале, которая представляет языческую обработку специфически еврейских религиозных данных. Некоторые писатели, напр. Баур, говорят об «иудейской гнозе» (помимо каббалы), но это более соответствует априорным схемам этих писателей, нежели исторической действительности.
I. Происхождение Г.
Общие условия для возникновения Г., как и других сродных явлений, были созданы тем культурно-политическим смешением различных национальных и религиозных стихий древнего мира, которое начато было персидскими царями, продолжалось македонянами и завершено римлянами. Источник гностических идей в различных языческих религиях с одной стороны и учениях греческих философов – с другой, ясно сознавался с самого начала и подробно указан уже автором Filosojoumena, хотя в частности не все его сближения одинаково основательны. Несомненно, во всяком случае, что те или другие национальнорелигиозные и философские факторы в различной мере участвовали в образовании тех или других гн. систем, а также то, что в различные комбинации уже существовавших идей привходила, с большею или меньшею силою и оригинальностью, и личная умственная работа со стороны основателей и распространителей этих систем и школ. Разобрать все это в подробностях тем менее возможно, что писания гностиков известны нам только по немногим отрывкам и по чужому, притом полемическому изложению. Это предоставляет большой простор гипотезам, из которых одна заслуживает упоминания. В нынешнем веке некоторые ученые (напр., ориенталист И. И. Шмидт) ставили Г. в специальную связь с буддизмом. Достоверно тут только: 1) что со времени походов Александра Македонского Передняя Азия, а чрез нее и весь греко-римский мир, сделались доступны влияниям из Индии, которая перестала быть для этого мира неведомою страною и 2) что буддизм был последним словом восточной «мудрости» и доныне остается самою живучею и влиятельною из религий Востока. Но с другой стороны исторические и доисторические корни самого буддизма далеко еще не вскрыты наукою. Многие ученые не без основания видят здесь религиозную реакцию со стороны темнокожих до-арийских обитателей, а этнологическая связь этих индийских племен с культурными расами, издавна населявшими Нильскую долину, более чем вероятна. Общей племенной почве должен был соответствовать и общий фон религиозных стремлений и идей, на котором в Индии, благодаря воздействию арийского гения, образовалась такая стройная и крепкая система, как буддизм, но который и в других местах оказывался не бесплодным. Так. обр. то, что в Г. приписывается влиянию индийских буддистов, может относиться к более близкому воздействию их африканских родичей, тем более, что высший расцвет Г. произошел именно в Египте. Если внешняя историческая связь Г. специально с буддизмом сомнительна, то содержание этих учений несомненно показывает их разнородность. Помимо различных, чуждых буддизму религиозных элементов, Г. вобрал в себя положительные результаты греческой философии и в этом отношении стоит неизмеримо выше буддизма. Достаточно указать на то, что абсолютному бытию буддизм дает только отрицательное определение Нирваны, тогда как в Г. оно определяется положительно как полнота (плирома). Несомненную связь с Г. имеет другая, ничтожная по своему распространению сравнительно с буддизмом, но во многих отношениях весьма любопытная религия мандейцев или сабиев (не смешивать с сабеизмом в смысле звездопоклонства), доныне существующая в Месопотамии и имеющая свои священные, древнего происхождения, хотя и дошедшие до нас в более поздней редакции книги. Эта религия возникла незадолго до появления христианства и находится в какой-то невыясненной связи с проповедью св. Иоанна Крестителя; но догматическое содержание мандейских книг, насколько его можно понять, заставляет видеть в этой религии прототип Г. Самое слово манда, от которого она получила название, значить по-халдейски тоже, что греческое gnvsiV (знание).
Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Просмотров: 11 | Добавил: creditor | Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close