Главная » Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
16:20
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Дворцы
Дворцы – гражданские здания обширных размеров и художественного исполнения, назначаемые главным образом служит резиденцией владетельных особ и членов их семейств, а также жилищем вельмож и богатых частных лиц. Еще в глубокой древности цари Египта и восточные повелители проявляли свое величие постройкою Д. В Риме императоры воздвигали для своей резиденции Д. на Палатинском холме. Особенно знаменит был Золотой Д. Нерона. Император Диоклетиан построил для себя великолепный Д. у Спалатро, близ Салон. В средние века преобладающее значение приобрели замки. Из этой эпохи сохранились целыми или в виде остатков Д. в Венеции (Д. дожей и др.), Авиньоне (папский Д.), Руане, Бурже. Более многочисленные примеры существуют из эпохи возрождения в Италии, Франции и Германии (гейдельб. Д.). Наибольшим по размерам считается Д. Ватикана, в Риме, затем следовал бывшее Тюльери в Париже. Величиною своею также знамениты: там же Лувр, Зимний Д. в СПб. О русских Д. см. Аничковский Д. и др.
А. Т.
Двудольные
Двудольные (Dicotyledones). – Класс семенных растений, заключающий в ceбе до 80000 видов. Он составляет, следовательно, около 3/4 всего царства растений, а потому представляется преобладающим во всех флорах земного шара. Судя по имеющимся палеонтологическим данным, они и явились на земле позже большинства остальных семенных, следовательно наиболее соответствуют преобладающим в наше время общефизическим условиям. Главный признак Д., на основании которого они получили свое название, состоит в том, что зародыш их снабжен 2 семядолями, сидящими одна против другой. Исключения из этого правила очень редки и зависят от недорастания одной из долей (Cyclamen, Corydalis) или от слабого развития всего зародыша, как то замечается у некоторых чужеядных и получужеядных [Orobanche (заразиха), Pyrola (грушевка) и пр.]. Семядоли по большей части выносятся из почвы во время прорастания семян и скоро зеленеют, реже остаются в почве и не зеленеют, как у гороха. В последнем случае они мясисты. Зародыш этот гораздо чаще, чем у однодольных, не окружен питательною тканью (белком), а лежит прямо под семенною кожурою. Корешок его вытягивается у большинства в виде сильного стержневого корня, остающегося у деревянистых растений на всю жизнь и утолщающегося помощью камбия, подобно стеблю. Древовидных и вообще деревянистых растений здесь несравненно больше, чем между однодольными. Можно принять за общее правило, что в холодных и умеренных странах все деревянистые растения относятся к классу Д. или Голосемянных. Разветвление бывает чрезвычайно богато и разнообразно. Сосудисто-волокнистые пучки Д. открытые и утолщаются помощью камбия, вследствие чего и самый стебель утолщается в противоположность тому, что замечается у типических однодольных (напр. у пальм). Пучки эти располагаются на поперечном разрезе кольцом, тогда как у однодольных они разбросаны по всей поверхности разреза. Листорасположение разнообразно, но чаще всего пятерное, восьмерное и противуположное. Листья во всех отношениях необыкновенно разнообразны – опять в противуположность однодольным; у Д. листовые пластинки в огромном большинстве углонервные, часто сложные или различно надрезанные; у однодольных преобладают параллельно-нервные и криво-нервные, сложных и различно подрезанных чрезвычайно мало, в умеренных и холодных странах нет. Почки у деревянистых Д. одеты нередко чешуями, которые не что иное, как низовые, недоросшие и измененные листья, служащие для предохранения внутренних частей; у однодольных тонких предохранительных чешуй нет. Цветы Д. построены в большинстве случаев по пятерному плану, т. е. имеют по 5 частей в чашечке, в венчике, в андрацее (тычинки, взятые вместе) и в гинецее (пестики, взятые вместе). Это число нередко умножается, но остается все-таки основным, т. е. вместо 5 получается 10, 15 и т. д., в гинецее число это однако же нередко уменьшается. Части различных кружков цветка, у большинства, чередуются; сравнительно редко тычинки приходятся против лепестков. Кроме пятерного, другое число цветочных частей редко, особенно тройное, свойственное однодольным; известны, однако, Д. с четверным (крестоцветные) и даже с семерным числом (Trientalis). Упрощение цветов у Д. совершается, как и в других классах, уменьшением числа частей, которое здесь доходит до последней крайности: у ив, напр., цветок состоит или из одного пестика или 2 тычинок без всякого покрова; но такого множества видов с упрощенными цветами, какое замечается между однодольными, здесь не замечается. Различные авторы делили Д. на различное число классов. В настоящее время выяснились два главных типа этих растений: свободнолепестные и сростнолепестные, прежние однопокровные. Беспокровные считаются упрощенными формами первых, но на деле это еще далеко не достигнуто.
А. Б.
Двудомные растения
Двудомные растения (dioecia), суть такие, у кот. Раздельно-половые цветы (или однополые) расположены на различных экземплярах того же вида растения, т. е. на одном растении все цветки только пестичные или плодущие (женские), а на другом экз. того же вида все они только тычиночные (мужские, неплодущие, рано опадающие). Лучшими примерами Д. растений могут служить все ивы (Salix) и тополи (Роpulus), составляющие особое семейство ивовых (Salicineae); затем конопля, крапива, некоторые виды из гвоздичных и много других, напр. валлиснерия, водокрас. Им противополагаются однодомным – растения тоже с раздельнополовыми цветами, но находящимися всегда на одном и том же растении (огурцы, тыквы, береза, ольха, все хвойные и мн. др.). Все Д. составляют в системе Линнея особый 21-й класс, но в новейших естественных системах они уже не удержались в одной общей группе, а распределились по самым различным семействам и родам, как двудольных, так и однодольных. Самоопыление у Д. немыслимо. Будучи удалены, женские экземпляры от мужских, часто на значительные расстояния, они, естественно, нуждаются в посредниках, способствующих перекрестному опылению; такими посредниками являются для деревьев ветер, а для мелких травянистых форм – насекомые, для водяных – течение воды.
А. А.
Дебрецин
Дебрецин или Дебречин (по-мадьярски Debreczin, по-словенски Debrecin, польское Dobrocin, нем. Debreczin, латин. Debrecinium или Debrettinum) – г. в венг. Гайдуцком комитате, в песчаной, маловодной, но плодородной равнине; население (1890) – 56940 челов., преимущественно мадьяр (немцев только 786 ч., словаков 145), по большей части реформатского вероисповедания (католиков 8725, правосл. и униат 1029, евреев 3999). 6185 жилых домов.
Город посредством 8 ворот соединяется со своими предместьями. На месте широких стен и валов внутреннего или старого города устроены общественные гулянья и сады. Реформатская церк., самая большая во всей Венгрии и Трансильвании. Бронзовая статуя мадьярск. национального поэта Чоконаи (Csokonау), поставленная в 1871 г., и памятник в честь павших в сражении 2 авг. 1849 г. гонведов, изображающий умирающего льва. Прекрасное здание городской думы, театр, монастырь пиаристов, реформатская богословская и юридическая школа (до 2000 слушателей), основанная в 1531 г., с богатою библиотекою (в 100000 томов), другими коллекциями и ботаническим садом; сельскохозяйственная академия, рисовальная школа (ремесленная). Изготовление шерстяных материй и плащей, выделка кож и обуви, гребней и разного токарного, деревянного и скорняжного товара. Дебрецинское мыло и дебрецинские глиняные трубки, вывозимые в большом количестве преимущественно во Францию и Англию, пользуются большою известностью. Паровая мельница, газовый и сахарный заводы. Оживленная торговля жиром, мылом, медом, скотом рогатым, свиньями, лошадьми. Четыре больших ярмарки.
Мадьяры называют Д. «венгерским» или «кальвинским Римом». В прежнее время Д. сильно страдал от турецко-венгерских войн и от гонений на протестантов. Здесь нашли себе убежище венгерское правительство и венгерский сейм, когда они зимою 1848 г. должны были бежать из Пешта пред австрийскими войсками; отсюда Кошут направлял народную борьбу против австрийского правительства и здесь же 14 апреля 1849 г. провозгласил независимость Венгрии от Австрии. Сейм пробыл в Д. с 9 января по 30 мая; его заседания происходили в капелле реформатской коллегии. 3 июля Д. был взят русскими. 2 авг. (21 июля) здесь произошло большое сражение между русскими войсками и венгерским ополчением. Главнокомандовавший северною венг. армиею Гергей, отступая, с верхней Тиссы к Араду, оставил в Д., в виде бокового авангарда, корпус Надь-Шандора (около 8 т.), предписав ему, в случае приближения русских войск, отступить. Надь-Шандор не исполнил приказания и встретил кн. Паскевича на позиции впереди Д., хотя исход дела, при полной несоразмерности боевых сил, не мог подлежать сомнению. Венгерский отряд лишился почти половины своего состава; Надь-Шандор успел уйти на юг лишь благодаря отсутствию преследования.
Деванагари
Деванагари (санскр. Devanagari) – название письма, употребительного для санскрита, языка религии и литературы древней Индии (deva – бог, брахман, и nagari – городская, т. е. азбука, прилагалось к письму, вероятно, потому, что оно возникло раньше всего в городах). Д. азбука восходит к более простой по начертанию букв, вероятно семитического происхождения. В основе своей это письмо силлабическое, т. е. каждое отдельное начертание выражает не одиночный звук, а целый слог, при чем существенною частью слога считается согласный или группа согласных, предшествующих гласному. Санскритская азбука очень богата буквами и знаками (до 48), число же употребительных лигатур, т. е. связных сочетаний двух или нескольких букв, составляющих один слог, доходит до 200. См. «Руководство к изучению санскрита», В. Ф. Миллера и Ф. И. Кнауэра (СПб. 1891).
Вс. М.
Девиз
Девиз – так назывались первоначально гербовые фигуры, помещавшиеся, сверх других изображений, в щите и служившие воспоминанием какого-либо выдающегося события. Во франц. геральдике Д. назывался еще узкий геральдический пояс. Такое значение Д. сохранилось теперь лишь в английской геральдике, под именем «badges» (в гербе Иоркского дома Д. служила, напр., белая роза, в гербе Ланкастерского дома – алая). В настоящее время Д. называется короткое изречение, имеющее какое-либо отношение к гербу: так, напр., «С нами Бог» – русский, «Gott mit uns» – германский государственные девизы, «Dieu protege la France» – франц., «Je maintiendrai» – нидерландский, «Dieu et mon droit» – великобританский, «In pluribus unum» – C.-A. С. Шт. и т. д. Некоторые геральдики (напр. Сакен) относят к Д. и воинские кличи. В России Д. довольно распространены (особенно в пожалованных гербах).
До последнего времени Д. могли быть на иностранных языках, обыкновенно на латинском; из других иностранных языков встречаются нем. (гр. Тотлебен – "Treu auf Tod und Leben), польский (гр. Ржевуские – «Nie czyn, nie cierp»), шведский (бар. Кёне – «We fear nac foe»). Д. помещается в гербе, внизу щита, на ленте, цвет которой, а равно и букв его, должен быть одинаков с финифтями и металлами герба. В государственных гербах Д. иногда помещается на сени. Вот некоторые из наших Д. (вообще сходных с иностранными): гр. Аракчеев – «Без лести предан», гр. Безбородко – «Labore et Zelo» (трудом и усердием), гр. Бестужевы-Рюмины – «In Deo salus mеа» (в Боге мое спасение), светл. кн. Варшавские, гр. ПаскевичиЭриванские – «Честь и верность», кн. Васильчиковы – «Жизнь Царю, честь никому», гр. Воронцовы – «Semper immota fides» (верность всегда непоколебимая), Державины – «Силою вышнего держуся», гр. Канкрины – «Labore» (трудом), Лермонтовы – «Sors mea Jesus» (жребий мой Иисус), Муравьевы-Апостолы-Коробьины – «Tria in uno» (три в одном), гр. Толстые – «Преданностью и усердием», гр. Уваровы – «Православие, самодержание, народность», гр. Шереметевы – «Deus conservat omnia» (Бог сохраняет все).
П. ф.-В.
Дегенерация
Дегенерация. – Слово Д. употребляется в биологических науках в двух значениях. 1) Под именем Д. подразумевают такие постепенные, и именно качественные, изменения организма или его частей (органов, тканей, клеточек), которые ведут за собой или полную гибель, или, по крайней мере, функциональную гибель, т. е. неспособность исполнять свои нормальные физиологические отправления, данных элементов. Так Д. мышцы лишает ее ее основной способности – сокращаться. Явления Д. или перерождения, как их называют в данном случае, гистологических элементов тела и при нормальных, физиологических условиях непрерывно совершаются в течение всей жизни организма, составляя одно из его жизненных проявлений. Так большинство эпителиальных поверхностей подвергаются постоянной Д. своих элементов с последующим их восстановлением. Верхний, сухой, роговой слой эпидермы кожи образуется путем непрерывной Д. нижележащих живых клеточек так назыв. слизистого слоя эпидермы, где в свою очередь, происходит постоянное возобновление ткани. Отделительная деятельность желез сопровождается Д. клеток в самых широких размерах; пример – молоко и молочные железы. Большую роль процессы Д. играют в эмбриональном развитии организмов, в их метаморфозе, где часто совершается Д. целых органов и систем тела, в развитии тканей. Так, постепенное окостенение хрящей заключается не в непосредственном превращении хряща в кость, а в Д. хряща, в его атрофии, и в замещении его новообразовавшеюся костью. Патологическая Д. различных органов и гистологических элементов имеет большое значение в различных патологических процессах организма; сущность многих болезней и заключается в Д. тканей. Так жировая Д. клеток, являющаяся как физиологический процесс в сальных железах кожи и в молочных железах, патологически может поражать клетки и волокна различных тканей, не исключая и нервной. Признаки жировой Д. протоплазмы одинаковы, как при физиологических, так и при патологических условиях; жир образуется на счет белковых тел, но лишь помощью жизненной деятельности протоплазмы; начинаясь с образования мельчайших жировых зернышек, сливающихся в жировые капли, процесс доходит до превращения клетки в настоящую жировую клетку с едва сохранившимся ядром и, наконец, до полного распада клеточного тела и ядра на кучу жировых капелек. Углеводная Д. тканей, выражающаяся в избыточном образовании гликогена или сахара в организме, является причиной давно известной хронической болезни – сахарного мочеизнурения или диабета.
2) В ином смысле слово Д. употребляется в теоретической зоологии, когда говорят о дегенеративном упрощении, дегенеративном изменении организации животного (вырождение). Сущность этого понятия будет всего яснее из примера. Lernaea branchialis, мелкое ракообразное из отряда веслоногих, похоже по наружному виду на циклопов и др. рачков того же отряда до тех пор, пока ведет свободный образ жизни. Но самки, после оплодотворения, делаются паразитами рыб и подвергаются тогда замечательному превращению. Они утрачивают органы движения и органы чувств (глаза), и теряют всякое сходство с членистоногими животными: тело их становится нечленистым, червеобразным. В общем организация, очевидно, спускается на низшую ступень, происходит Д. Другой пример Д. в течение индивидуального развития каждой особи показывают асцидии. Из яиц асцидий выходят мелкие свободно плавающие в воде личинки, снабженные органами движения в виде сильного хвоста и органами чувств (слуха и зрения). По своему эмбриональному развитию и по строению плавающих личинок асцидии обнаруживают несомненное родство с позвоночными. Но затем наступает регрессивный метаморфоз. Личинки прикрепляются к подводным предметам, утрачивают органы движения, органы чувств, и вырастают в крупные мешковидные тела, не имеющие ни малейшего уже сходства с позвоночными. Прежде асцидий считали за животных, близких к моллюскам; теперь же, когда изучено их эмбриональное развитие и метаморфоз, их сближают с позвоночными, считая за дегенерированный побег той же ветки животного царства, от которой ведут начало позвоночные. Подобные явления, наблюдаемые в онтогении (индивидуальном развитии) многих животных, дают зоологу право во многих случаях приписывать известное несовершенство организации животного Д. уже филогенетической, т. е. происшедшей при развитии данного вида или данной группы животных из других. Так отсутствие кишечника и вообще органов пищеварения у солитера (Taenia solium) есть явление дегенеративное; несомненно, что предки нынешних ленточных глистов, имевшие сходство, вероятно, с современными сосальщиками (Trematodes), были, как и последние, снабжены пищеварительным снарядом; но все более и более полное приспособление к паразитизму и к питанию веществами, почти не нуждающимися в пищеварительной обработке, повлекло за собой полное исчезновение (атрофию) всяких органов пищеварения. Это есть явление Д. при филогенетическом развитии организма. Поэтому, когда зоолог имеет дело с группой животных, отличающихся от сродных животных простотою, несовершенством или всей организации, или строения отдельных органов, он ставит себе вопрос: есть ли это простота первичная, т. е. представляют ли эти животные наибольшее сходство со своими предками, от которых другие сродные им животные уклонились в прогрессивном направлении, или наоборот, именно несовершенство организации является здесь позднее приобретенным, дегенеративным изменением организма. Асцидий, напр., считают за дегенерированную ветвь позвоночных.
Причина подобного рода Д. должна лежать, по крайней мере в весьма значительной степени, – во внешних условиях, в образе жизни организма. Существуют некоторые общие причины, которые во всех группах животного царства способны вызывать Д. Такое действие оказывает, напр., паразитический образ жизни; большинство истинных паразитов обнаруживает большую или меньшую степень Д. строения; чем полнее приспособление к паразитизму, тем эта Д. значительнее, и во многих случаях мы можем наблюдать – как в выше приведенном примере – дегенеративные изменения в течение индивидуального развития паразитической особи. С особенною силою Д. упрощение совершается у паразитов внутренностных, живущих в глубине органов или тканей другого животного и устраненных от всякого непосредственного влияния внешней среды. Тогда как паразиты наружные обыкновенно сохраняют в большей или меньшей степени способность передвижения, сохраняют органы движения и органы чувств, – у внутренностных паразитов Д. влечет за собою часто полное исчезновение этих органов. В некоторых случаях Д. строения доходит до потери пищеварительного канала (ленточные глисты). Другое весьма распространенное явление, влекущее за собой Д. изменения организма, – это сидячий, прикрепленный образ жизни. Между различными классами животного царства мы наблюдаем, наряду с деятельными, подвижными формами, группы животных, ведущих неподвижную, недеятельную жизнь, обыкновенно прикрепляясь к подводным предметам. Существуют неподвижно-прикрепленные формы червей, моллюсков, ракообразных и др. У сидячих форм вырабатываются обыкновенно особые механические приспособления для пассивного собирания плавающих в воде питательных веществ, и в то же время наблюдается более или менее полная Д. органов внешних отношений – органов движения и чувств. Жизненный режим таких животных приближается к образу жизни растений, и по первому внешнему впечатлению они и напоминают нередко растительные организмы (полипы, трубчатые черви). И здесь часто резкие дегенеративные изменения совершаются в течение онтогенетического развития (асцидии).
Нередко Д. подвергаются лишь отдельные органы, при чем однородные причины вызывают Д. однородных органов у животных самых различных классов. Так мало подвижная жизнь вызывает Д. органов движения. Жизнь в постоянной темноте сопровождается Д. глаз у самых различных животных: подземные животные (крот), пещерные (протей), глубоководные. Не всегда, однако, Д. отдельных органов является выражением упадка, шага назад, регрессивных изменений организма. Напротив, и всякое совершенствование, прогрессивное изменение сопровождается Д. именно тех органов, которые перестают служить, став излишними или будучи заменены более совершенными. Подобного рода Д. обязано своим происхождением огромное множество рудиментарных органов в животном царстве. Пример: превращение непарного, теменного глаза позвоночных в так назыв. надмозговой придаток.
См. Глаз, VIII А, стр. 315 и Головной мозг, IX, стр. 85. О Д. см. Dohrn, «Der Ursprung d. Wirbelthiere u. d. Princip d. Functionswechsels» (Лпц. 1875). О влиянии паразитизма на строение животных – см. Lang, «Lehrbuch d. vergleichenden Anatomie» (1888, 1, стр. 171). О влиянии неподвижной жизни см. его же, «Ueber d. Einfluss der festsitzenden Lebensweise auf die Thiere» (Иена, 1888).
В. Фаусек.
Дедал
Дедал (DaidaloV). Первоначально бывшее эпитетом Гефеста, как божественного художника, слово это (от корня dal – долбить, резать) стало собственным именем сказочного художника, вплетенного в циклы сказаний критских, афинских и сицилийских. Имеется несколько его генеалогий, связывающих его с родом афинских царей Ерехфидов. В Афинах и в историческое время существовал род (к которому принадлежал Сократ), производивший себя от Д., и дем, получивший от него свое название (Daidalidai). Ученика и племянника своего, Талоса, Д. умертвил, столкнув со скалы Акрополя, за то, что тот изобрел более усовершенствованные инструменты. Осужденный за это ареопагом на изгнание, Д. бежит в Крит к царю Миносу. Здесь он делает для жены Миноса, Пасифаи, деревянную корову, по приказанию Миноса строит лабиринт для заключения родившегося у Пасифаи чудовища Минотавра, и, наконец, вручает Ариадне нить, при помощи которой Тезей нашел выход из лабиринта. Преследуемый за это Миносом, Д., с сыном своим Икаром, спасается при помощи искусственных крыльев, сделанных из перьев и скрепленных воском. Икар погиб на дороге, приблизившись больше чем следовало к солнцу, Д. же спасся в Кумы, в Италии, и построил там храм Аполлону; потом жил в Сицилии у царя Кокала. На Крите, повидимому, миф о Д. пустил глубокие корни. Здесь впервые стала процветать резьба из дерева, которая разрабатывалась так назыв. Дедалидами, и отсюда была перенесена в Сикион, Динэном и Скиллисом. В Илиаде (XVIII, 591) упоминается хоровод, сделанный Д. для Ариадны. Павзаний говорит, что видел это произведение и что это был мраморный рельеф.
А. Щ.
В строительном деле Д. считали изобретателем пилы, тесла и отвеса; в скульптуре он первый, будто бы, стал делать деревянные статуи богов с неприлипшими к туловищу руками и с отделенными друг от друга ногами, тогда как до него подобные статуи имели вид безжизненных, окоченелых истуканов, с едва намеченными членами. В цветущую эпоху греческ. цивилизации, во многих святилищах хранились с незапамятных времен деревянные изваяния богов, считавшиеся произведениями Д.; в различных местах существовали сооружения, происхождение которых приписывали строителю критского лабиринта. Так как эти древности выражали собою весьма различную степень развития искусства, от грубых, младенческих попыток художественного творчества, до некоторой, уже заметной умелости, то они, очевидно, не могли принадлежать не только одному и тому же художнику, но и одному и тому же времени. К тому же, самое имя Д., происходящее от глагола daidalein (делать искусно), заставляет видеть в нем не историческое, действительно существовавшее лицо, хотя и приукрашенное легендами, а личность, созданную народной фантазией и символизировавшую успехи, достигнутые несколькими поколениями художников в начальную эпоху греческ. искусства, от глубокой старины, предшествовавшей походу на Трою, и до VI в. пред Р. Хр. (Ср. Kuhnert, «Daidalos» (XV Supplem. Band d. Jahrbucher fur Philologie; 1886); Robert, «Archaeologische Marchen» «Philologische Untersuchungen v. Kiessling und v. Wilamowitz-Mollendorf» (X, 1886).
А. С – в.
Дедукция
Дедукция (от deducere – выводить) – термин современной логики, обозначающий выведение одной мысли из другой, делаемое на основании логических законов. Большинство логиков под словом Д. разумеют выведение частного из общего: такое ограничение, однако, не имеет основания. Д. получила значение термина лишь в новой логике, главным образом благодаря трудам английских мыслителей, рассматривающих Д. в противоположность индуктивному методу. Понятие Д. встречается уже у Аристотеля (apagwgh). Латинская форма, deductio, впервые встречается в сочинениях Боэция; но как у Аристотеля, так и у Боэция Д. не противополагается индукции, а обозначает собою понятие тожественное с силлогизмом и с доказательством. В средневековой, схоластической логике слово Д. не играет роли термина. В знаменитой поррояльской логике Арно («Logique ou l'art de penser») Д., как термин, тоже не встречается; нет его еще и в логике Канта. Следовательно, термин Д. составляет принадлежность логики XIX века. Еще и в настоящее время в некоторых сочинениях по логике Д. отожествляют с силлогизмом и считают его единственным правомерным способом умозаключения (см., напр., Rabier, «Logique», 1886). Отожествлению Д. с силлогизмом мешает, однако, то обстоятельство, что силлогизм есть лишь форма Д., а не самый процесс. От узкого значения термина Д. следует отличать более широкое: совокупность процессов научного мышления (разделение и определение понятий, доказательство положения), за вычетом индукции. Понимаемая в таком смысле, Д. оказывается процессом, прямо противоположным индукции; эту противоположность видят как в исходных точках, так и в способах перехода от одной мысли к другой и, наконец, в конечных целях. Такое воззрение защищал в русской литературе М. П. Владиславлев («Логика», СПб., 1872), стоявший в данном случае под влиянием Милля, Бэна и др. Нельзя отрицать различия между Д. и индукцией, но противоположение их не имеет никакого основания. Человеческое мышление одно; как бы ни были разнообразны предметы, направление и цель мышления, одни и те же законы управляют мыслью. Противополагать Д. во всем индуктивному мышлению – значит вносить дуализм в человеческое сознание. Различие Д. от индукции получило характер противоположности вследствие развития опытных наук в новое время. Успехи опытного знания повлекли за собой подробное исследование методов его, при чем иногда забывали, что в индукции имеется дело с тем же самым мышлением, в применении его к фактам внутреннего и внешнего мира. Неудачи спекулятивной философии, пользовавшейся по преимуществу Д., способствовали расширению пропасти между индукцией и дедукцией. Между тем, легко заметить сродство индукции с Д.; не говоря о так называемой полной индукции (умозаключении от всех членов известной группы к самой группе), которая представляет собою пример совершенно правильного силлогизма, т.е. Д. – и так называемая неполная индукция, т. е. заключение от частного к общему, имеет своим основанием закон тожества, ибо в неполной индукции от некоторых случаев мы заключаем ко всем на том основании, что рассматриваем эти некоторые случаи как типические представители всей группы. Д. С. Милль свел индуктивные методы исследования к четырем основным: метод различия, согласия, остатков и сопутствующих изменений. Рассматривая их, легко убедиться, что они представляют собой не что иное, как различные способы умозаключения, основанных на законе тожества. Метод остатков, например, представляет собой чистый случай определения путем исключения, т. е. умозаключение разделительное. В превосходном труде Каринского: «Классификация выводов» (СПб., 1880) есть множество доказательств тому, что противуположение индукции и Д., в той форме, в которой оно обыкновенно делается, неосновательно, и что, поэтому, нельзя делить все выводы на индуктивные и дедуктивные. С другой стороны, некоторые силлогистические выводы представляют собою пример умозаключений от частного к частному, на что впервые обратил внимание Дж. С. Милль. Таким образом, отожествляя Д. с силлогизмом, нельзя в то же время утверждать, что Д. есть всегда умозаключение от общего к частному, а следует дать более общее определение, с которого мы и начали настоящую заметку. Полное определение понятия Д. требует, помимо указания отношения ее к индукции, еще рассмотрения отношения Д. к анализу. Анализом называется прием мышления, посредством которого разлагается на составные элементы то, что в сознании дано как нечто целое; анализ противуполагается синтезу; но и в Д. выводится из известной мысли с необходимостью другая, которая была заключена implicite в первой; отсюда сходство Д. и анализа очевидно. Если, однако, допустить, что форма Д. – силлогизм, то придется сказать, что анализ – более общее понятие, чем Д. Всякая Д. есть анализ, ибо разъясняет данное положение, выводя из него другое, заключенное в нем; но не всякий анализ есть Д. Анализ есть действие более простое, чем Д. В состав каждого процесса Д. входят следующие элементы: положение, из которого делается вывод и которое в таком случае назыв. основанием; самый процесс выведения из основания мысли, в нем заключенной, и, наконец, вывод или мысль, добытая из основания и поставленная как отдельное положение. Положения, из которых делаются выводы, могут быть чрезвычайно разнообразны, но в конце концов сводятся к двум родам: самоочевидные истины (аксиомы) и обобщения, добытые из опыта. Процесс выведения не меняет характера основания, из которого получается вывод, т. е. вывод из аксиомы сам получает аксиоматический характер; вывод из эмпирического положения есть факт, могущий быть проверенным на опыте. Самый процесс Д. основан на законе тожества. Частное подводится под общее на том основании, что оно по содержанию тожественно с общим; то же самое положение можно заметить и в заключении от частного к частному. Самый вывод, наконец, есть положение, в котором признается тожество подводимого с тем положением, под которое мы подводим.
Э. Радлов.
Дежнев
Дежнев (Семен) – якутский казак, первые из европейских мореплавателей, за 80 л. до Беринга прошедший через пролив, отделяющий Азию от Америки. Берингу, притом, не удалось пройти всего пролива, а пришлось ограничиться плаванием только в его южной части, тогда как Д. прошел пролив с С. на Ю., по всей его длине. До сих пор имеются сведения о Д. только с 1638 по 1671 гг. Родина его – Великий Устюг; когда Д. ушел оттуда искать счастья в Сибирь – неизвестно. В Сибири он сначала служил в Тобольске, а затем в Енисейске, откуда в 1638 г. перешел в Я кутский острог, только что основанный по соседству с еще непокоренными племенами инородцев. Вся служба Д. в Я кутске представляет ряд неустанных трудов, нередко соединенных с опасностью для жизни; за 20 лет службы здесь он был 9 раз ранен. Уже в 1639 – 40 гг. Д. приводит в покорность туземного князя Сахея. В 1641 г. Д., с партией в 15 челов., собирает ясак на р. Яне и благополучно доставляет его в Якутск, выдержав по дороге схватку с шайкою в 40 челов. В 1642 г. он, вместе с Стадухиным, послан для сбора ясака на р. Оемокон, откуда он спустился в р. Индигирку, а по ней вышел в Ледовитый океан. Здесь Стадухин и Д. соединились с Михайловым. После трехлетней службы Стадухин и Михайлов, с ясаком и половиною людей, отправились в Якутск, оставив в Колымском острожке Д., с 13 челов. Михайлов с дороги вернулся обратно, а между тем Д. пришлось отразить нападение более 500 юкагиров, хотевших уничтожить малосильный гарнизон острожка.
В 1646 г. мезенец Исай Игнатьев совершил первое плавание по Ледовитому ок. на В. от устья р. Колымы и привез в Нижне-Колымск моржовую кость (рыбий зуб). В 1647 г. была послана за рыбьим зубом новая партия промышленников, к которой правительственный приказчик острога, боярский сын Вас. Власьев, присоединил и Д. На него возложена была обязанность собирать пошлины с добычи и объясачить попутно инородцев. Эта партия скоро вернулась, встретив на пути к В. непроходимые скопления льдов; но в 1648 г. холмогорец Федот Алексеев снарядил новую партию, к которой примкнул Д. Она вышла в море в числе 90 чел., на шести кочах, и пошла на В.; часть ее скоро отделилась, но три коча, с Д. и Алексеевым, продолжали держать путь на В., в августе стали заворачивать на Ю., а в начале сентября вступили в Берингов пролив. Далее им пришлось обогнуть «Большой каменный нос», где разбило один из кочей, а 20-го сент. какие-то обстоятельства заставили их пристать к берегу, где в битве с чукчами был ранен Ф. Алексеев и единственным начальником остался Д. Пройдя пролив и, конечно, даже и не предчувствуя важности своего открытия, Д. пошел со спутниками далее на Ю., вдоль берегов; но бури разбили последние два коча и носили Д. по морю, пока его не выбросило, пройдя устье р. Анадырь, на берег. Согласно с указаниями историка Сибири, Миллера, и с недавно открытыми Оглоблиным источниками, под «Большим каменным носом» Д. надо подразумевать мыс Чукотский, как единственный, местоположение которого подходит к описанию Д. Это обстоятельство, вместе с указанием Д. (в челобитной 1662 г.), что коч его был выброшен «за Анадырь реку», утверждает за Д. несомненно честь первого исследователя пролива, названного Куком проливом Беринга только по неведению о подвиге Д.
Потерпев крушение, Д. десять недель шел с 25 чел. к устью р. Анадырь, где погибло еще 13 чел., а с остальными он перезимовал здесь и летом 1649 г., на вновь построенных лодках, поднялся по реке до первых поселений инородцев, которых и объясачил. Тут, на среднем течении р. Анадырь, было устроено зимовье, назв. потом Анадырским острогом. В 1650 г. сюда прибыла, сухим путем, партия русских из Нижне-Колымска; этим путем, более удобным, нежели морской, воспользовался и Д. (1653), для отсылки в Якутск собранной им моржовой кости и мягкой рухляди. В 1659 г. Д. сдал команду над Анадырским острогом и служилыми людьми, но оставался в крае еще до 1662 г., когда вернулся в Якутск. Оттуда Д., с государевой казною, был послан в Москву, куда и прибыл, вероятно, к середине 1664 г. Сохранилась челобитная Д. о выдаче ему жалованья, заслуженного им, но не полученного, за 19 лет, что и было исполнено. В 1665 г. Д. выехал обратно в Якутск и там служил до 1670 г., когда снова был послан с государевою казною в Москву, куда явился в 1671 г. См. «Описание морских путешествий по Ледовитому океану и по Вост. морю с Российской стор. учиненных», Миллера; «Хронол. ист. вс. путеш. в сев. полярн. стр.», Берха; «Истор. обозр. Сибири», Словцова; «Истор. обозр. пут. по Лед. ок., между Карск. м. и Беринг. пр. до 1820 г.», Врангеля; «Журн. Мин. Нар. Пр.», 1890 г. № 11, «Семен Дежнев», Н. Оглоблина.
Деизм
Деизм – термин весьма неопределенный. Обыкновенно противуполагается теизму и обозначает, по определению Канта, убеждение в существовании первопричины, имманентной миру и определяющей собою мировой порядок (moralische Weltordnung Фихте старшего). Теизм, напротив, обозначает веру в личного Бога и в существование Промысла. Хотя Д., по-видимому, явление религиозной жизни, но в действительности это скорее течение мысли, относящееся к общей истории культуры. С точки зрения философской Д. представляет собой момент в истории развития представлений о Божестве. Политеизм уступает место монотеизму еще в Греции, благодаря Ксенофану и его последователям. Он же старается устранить и антропоморфные представления из понятия Божества; но в идее личного Бога, творца и руководителя мира, все же остается антропоморфный элемент, ибо личность немыслима без сознания, сознание же есть атрибут человека. В устранении этого элемента состоит философский мотив Д. С другой стороны, причину деистического направления следует искать в общих условиях умственного состояния XVII века. Научные открытия должны были повлиять на религиозные представления и вызвать критику основ религии – откровения и догматов, принимаемых христианской церковью. По этой причине нельзя согласиться с определением Д., данным Боссюэ: «un atheisme deguise». Деистическое движение было естественным и необходимым результатом общего положения знания в XVII в.; это было движение рационалистическое, с его хорошими и дурными сторонами; к первым следует отнести защиту свободы совести, борьбу с суевериями и указание на нравственный момент, как на наиболее существенный во всякой религии; ко вторым – то непонимание исторических явлений, которым страдало деистическое направление. Принципом и критерием деистов был разум, в форме так называемого «здравого смысла», общего всем людям: отсюда их псевдо-универсализм, отсутствие исторической точки зрения, борьба против всего, что превышает понимание здравого смысла. Оттого и результаты деистического движения были отрицательные: деисты не создали системы и представляют собой лишь направление мысли, к которому примыкали мыслители весьма различных убеждений, как Гоббс и Шефтсбери, Гольбах и Руссо. Несостоятельность основного принципа деистов была причиною того, что историческая школа, с одной стороны, и спекулятивная философия XIX в., с другой, окончательно устранили деистов. Осталась лишь одна из излюбленных мыслей деистов – различение естественной и положительной религии, да учение их о том, что сущность религии состоит в нравственности. Это учение вошло, благодаря Канту и Фихте, в общее сознание.
Д. появился впервые в Англии в начале XVII в., отсюда перешел во Францию и наконец распространился в Германии; в каждой из этих стран он получил окраску, сообразную национальному характеру. В Англии Д. не стал общим течением мысли образованного класса людей; он был здесь только учением отдельных писателей, группировавшихся около лорда Герберта Шербери и Локка. Английский Д. связан с политикой в большей мере, чем это было во Франции и в Германии. Начав с эмпиризма, английский Д. кончил психологическим субъективизмом Юма. Французский Д. весьма быстро выродился в атеизм и матерьялизм. Локк и у французов служил исходным пунктом движения, но Локк – в понимании Вольтера, весьма неправильно считавшего его сенсуалистом. Нем. Д. определяется сочинениями англичан и французов, переведенными в XVIII в., и философией Вольфа, который различением естественного богословия от откровенного подготовил почву для большей свободы мысли в протестантской теологии. Английские деисты очень рано начали называть себя freethinker'aми; у французов писатели этого направления назывались esprits forts или libertins (в религиозном отношении); у немцев оно получило название «Aufklarung», просвещения. Органом просветителей была «Немоцкая библиотека», издаваемая с 1766 г. Николаи. Кант старался определить понятие просвещения, а Фихте, который может считаться истинным представителем просвещения, подверг Николаи и его принципы убийственной и весьма справедливой критике.
Родоначальник Д., лорд Герберт Шербери (ум. 1648), говорил, что различные религии ссылаются на откровение; поэтому необходима критика его. Критерием должны быть врожденные или общие идеи, которые могут быть определены по известным признакам, перечисленным в сочинении «De veritate» (всеобщее признание, необходимость, априорность). Существование Бога очевидно из рассмотрения как природы, так и человеческого сознания. Пять врожденных идей, вложенных в сознание человека Богом, касаются религии: бытие Бога, обязанность поклонения ему, добродетель и благочестие, как главнейшие элементы богопочитания, раскаяние в грехах и воздаяние в этом и ином мире. Эти пять идей составляют сущность естественной религии и должны быть принципами вселенской церкви. Откровение лишь дополняет эти пять положений и таким образом создает отдельные церкви. Но истинность откровения должна быть гарантирована тремя условиями: молитвою, личным характером, ибо переданное откровение есть уже история, предание, и наконец характером самого содержания откровения. Чарльз Блоун или Юний Брут (псевдоним) популяризовал принципы Шербери и Гоббса. Локк, противник лорда Шербери в учении о познании, в сочинении: «Разумность христианства» (1695) и 4-х письмах «О терпимости» оказал большое влияние на деистическое направление тем, что требовал согласия откровения с законами разумного познания. Вера не должна быть сверхразумною; предмет ее должен быть понятен. Джон Толанд смотрел на откровение, как на образовательное средство нашего разума. Сочинение его: «Христианство без таинств», было, по определению парламента, сожжено. Некоторые мысли Толанда были развиты впоследствии Землером. Толанд, подобно Спинозе, высказывал относительно библейской критики мысли, которые осуществлены тюбингенскою историческою школой. Антони Коллинз защищал принцип свободы мысли и совести в делах религии; его сочинение: «Трактат о свободе мысли, написанный по поводу возникновения и распространения секты так назыв. свободномыслителей» (1713), было переведено на иностранные языки. Граф Шефтсбери настаивал на значении нравственности, указывал на врожденное нравственное чувство и видел в добродетели критерий религии. Мысли Шефтсбери имели влияние на Лессинга («Erziehung des Menschengeschlechts»). Коллинз уже применял к пророчествам аллегорическое толкование и этим подрывал значение откровения; Вульстон подверг строгой критике чудеса и нашел, что они не представляют рассказа о событиях, а имеют характер параболических повествований. Основываясь на сочинениях перечисленных лиц, Матвей Тиндаль (1656 – 1733) создал наиболее систематическое изложение Д. – «Библию Д.», в которой он выставляет естественную религию или религию разума, как сущность христианства, а содержание христианства видит в повиновении закону разума или нравственности. Меньшее значение имеют Додвель и Анет. Предшественником французских деистов был И. Бодэн, защищавший в конце XVII в. право свободной мысли в сфере религии. Пьер Бейль в XVII в., критик и скептик, исследовал отношение веры к разуму; Бернард Мандевилль, маркиз д'Аржанс, граф Булэнвиллье, Туссэн и друг., не прибавляя к Д. ничего принципиально нового, служили распространению этого направления. Но их роль исчезает в сравнении с Ж. Ж. Руссо, реформатором в сфере религиозной, видевшим в религии проявление чувства, а не разума, и считавшим веру в Бога и промысел возможной без всякого откровения и без всякого культа. Мысли Руссо имели громадное влияние и отразились на Канте. Гельвеций приблизил Д. к материализму, объявив все нравственные понятия шаткими и покоящимися на эгоизме. Влияние религии в деле совершенствования человека он отрицал. Вольтер нападал на положительную сторону христианской религии; он не сказал ничего нового в деистическом направлении. Дидро, более глубокий и более одаренный философским пониманием, сначала увлекался Д., но кончил пантеистическим материализмом. То, к чему постепенно стремился французский Д., было окончательно выражено в «Евангелии материализма», в «Системе природы» Гольбаха.
Деистическое направление в Германии открывает собой Диппель, отрицавший значение догматов и культа и видевший в самоотречении и любви к ближнему весь смысл религии. Подобно Диппелю, Эдельман также боролся с лютеранскою церковью. Центральною личностью немецкого Д. был Герман Реймарус, познакомивший немцев с английскими деистами и защищавший права разума против лютеранской ортодоксальности. Известность доставило ему сочинение: «Трактат о важнейших истинах естественной религии». Лессинг, по смерти Реймаруса, издал его «Вольфенбюттельские фрагменты неизвестного» (1774 – 77). Карл-Фридрих Бардт старался подорвать веру в божественное происхождение христианства и показать тщету откровения, покоящегося на пророчествах и чудесах. Вольфовская философия более всего отразилась на Моисее Мендельсоне, который вел полемику как против атеизма, так равно и против христианства, защищая естественную религию, сущность которой он полагал в трех основных законах Бога, промысла и бессмертия. Штейнбарт видел цель христианства в счастье людей, которое он определяет как внутреннее состояние постоянного довольства души. Лессинг заканчивает собою первый период деистического движения и выражает его наиболее полно и талантливо. Начиная с Канта, Д. постепенно принимает совершенно иную окраску, и, наконец, пройдя школу Гегеля, приводит к взглядам Лудвига Фейербаха и Давида Штрауса. О Д. см. Lechler, «Geschichte d. englischen Deismus» (1841); J. Hunt, «Religious Thought in England» (1870 – 1872); Leslie Stephen, «History of english Thought in the XVIII century» (Лонд., 1881); Орбинский, «Английские деисты XVII и XVIII ст.» (Одесса, 1868, в «Записках Имп. новор. унив.», III т., I вып.); Sayons, «Le deisme anglais» (1888).
Э. Радлов.
Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Просмотров: 11 | Добавил: creditor | Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close