Главная » Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
16:23
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Докучаев
Докучаев (Василий Васильевич) – проф. минералогии спб. унив. Род, в 1846 г., среднее образование получил в смоленской дух. семинарии, а высшее на физикоматематическом факультете спб. унив. С 1870 г. хранителем геологического кабинета того же университета, а затем избран доцентом в проф. минералогии, каковым состоит и по настоящее время. В продолжение многих лет Д. преподавал минералогию еще в институте гражданских инженеров. Ученая деятельность Д. посвящена, главным образом, исследованию новевших потретичных образований (наносов) и почв Европейской России. Первая научная работа его напечатана в 1869 г. (геологич. описание берегов р. Качки в Смоленской губ. ), Затем с 1871 по 1877 г. им был совершен ряд эскурсий по сев. и центр. России и южной части Финляндии с целью изучения геологического строения, способа и времени образования речных долин и геологической деятельности рек. Результатом этих исследований, кроме мелких статей и сообщений в ученых обществах, явился солидный труд «Способы образования речных долин Европ. России», за который Д. получил в 1878 г. степень магистра. Разобрав в этом сочинении существовавшие ранее взгляды на способы происхождения речных долин Европ. России, Д. дает собственную гипотезу, по которой происхождение их связывается, главным образом, с деятельностью оврагов и балок. Бремя от 1877 по 1881 гг. было посвящено исследованию русского чернозема, с каковой целью им совершались, по поручены и на средства Имп. вольно-экономич. общ., многократные поездки по Ю и ЮВ России, Крыму и Сев. Кавказу. Плоды многолетних исследований изложены в 1883 г. в сочинении «Русский чернозем», в котором детально рассмотрены: область распространения, способ происхождения, химически состав чернозема, принципы классификации и методы исследования этой почвы. За эту работу Д. удостоен спб. унив. степени доктора, от вольно-экономического общества получил особую благодарность, а от академии наук полную Макарьевскую премию. В 1882 г. Д. принимает предложение нижегородского губернского земства произвести, в видах более правильной расценки земель, полное исследование губернии в геологическом, почвенном и вообще в естественноисторическом отношении при помощи подготовленных им сотрудников-специалистов по почвоведению. Эта работа была закончена, под руководством Д., в 6 лет, и результатом ее явились 14 т. «Материалов по оценке земель Нижегородской губ.», с почвенной и геологической картой. По приглашению губернского земства, Д. исследовал в 1888 – 1890 гг. Полтавскую губ., а в 1890 – 91 гг. имения Нарышкина, кн. Воронцова-Шувалова и др. Наконец, в 1892 – 1893 гг. Д., в качестве начальника особой экспедиции лесного департамента, руководить геологическими и почвенными изысканиями на опытных степных участках юга России. Кроме того, за последние 10 – 12 л., по инициативе и при ближайшем содействии Д., основывается почвенная комиссия при вольно-экономич. общ., в которой он состоит председателем, естественноисторические музеи в Нижнем Новгороде и Полтаве; в 1888 г. учреждается комиссия (под председательством Д. ) о всестороннем научном исследовании С.-Петербурга и его окрестностей. Наконец, в 1892 – 93 г. Д. временно исполняет обязанности директора новоалександрийского института и руководит преобразованием его в высшее сельскохозяйственное и лесное учебное заведение. Ученые труды Д. помещались преимущественно в Трудах спб. общества естествоиспытателей и Императорского вольно-экономического общества; из них: «Овраги и их значение» (1876); «Итоги о русском черноземе» (1877); «Предв. отч. по исследов. юго-вост. части черноземной полосы России» (1879); «Предв. отч. по исследов. юго-зап. части черноз. полосы России» (1878); «Картография русских почв» (1879); «По вопросу о сибирском черноземе» (1882); «Схематическая почвенная карта черноземной полосы Европейской России» (1882); «Русский чернозем» (1883); «О происхождении русского чернозема» (1884); «О так называемом юрьевском черноземе» (2 ст. 1884 – 85); «К вопросу о русском черноземе» (1885); «О пользе изучения местной номенклатуры русских почв» (1886); "Материалы по оценке земель Нижегородской губ. " (вып. I – XIV, 1882 – 86. Д. принадлежат 1 вып. и некот. гл. ХIII, XIV и ближайшая редакция всего труда); "Объяснения к почвенной карте Нижегородской губ. (1887); «О нормальной оценке почв Евр. России» (2. ст. 1887); «Методы исследования вопроса: были ли леса в южной степной России?» (1888), "Материалы по оценке земель Полтавской губ. " (вып. 1 – 13, 1889 – 92, под ред. Д.); «К вопросу о соотношениях между возрастом и высотой местности, с одной стороны, характером и распределением черноземов, лесных земель и солонцев с другой» (1891): «Наши степи прежде и теперь» (1892); «О происхождении русского лёсса» (1892). Долгоруков Василий Лукич (1672 – 1739), в 1687 г. отправился в свите дяди своего, кн. Якова Федоровича, во Францию, где и оставался для окончания своего образования до 1700 г. Здесь он основательно изучил несколько иностранных языков, заимствовал внешний лоск версальских придворных и, сдружившись с иезуитами, усвоил их нравственные воззрения. Вызванный в Россию, Д. был назначен состоять при другом своем дяде, кн. Григории Федоровиче, русском посланнике в Польше, и в течение 1706 и 1707 гг. заменял его в этой должности. С 1707 по 1720 г. он был послом в Дании, где ему поручено было разорвать союз датского короля Фридриха IV с Карлом XII и затем укрепить союз и дружбу России с Данией. В конце 1720 г. он был отправлен послом во Францию, хлопотать о посредничестве при примирении России с Швецией и о признании Петра императором. Первое поручение увенчалось успехом: французский посланник в Швеции получил приказание открыть «негоциацию», согласно с желанием Петра Великого, на просьбу же о признании императорского титула за русским царем регент отвечал решительным отказом. По возвращении из Франции, в 1723 г., Д. был сделан сенатором, а в следующем году назначен полномочным министром в Варшаву, с поручением защищать интересы православных и домогаться признания за Петром императорского титула. В 1726 г. Д. был послан в Стокгольм, с поручением противодействовать сближению Швеции с Англией и присоединению первой к Ганноверскому союзу; эта миссия не имела успеха. В царствование Петра II Д., назначенный членом верховного тайного совета, был руководителем всех честолюбивых планов фамилии Долгоруковых. Во время предсмертной болезни Петра II, он явился самым энергичным участником в составлении подложного духовного завещания (см. ниже). Когда замысел этот потерпел неудачу, Д., тотчас по кончине Петра, в заседании верховного тайного совета поддержал предложение кн. Д. М. Голицина об избрании в императрицы герцогини курляндской Анны Ивановны, редактировал «ограничительные пункты», сам отвез их в Митаву и уговорил Анну Ивановну подписать их, но, после приезда императрицы в Москву, должен был присутствовать при публичном уничтожении составленного им акта. 9-го апреля 1730 г. Д. был назначен губернатором в Сибирь, с приказанием безотлагательно отправиться к месту назначения, а 17 апреля его нагнал офицер и предъявил указ императрицы о лишении его чинов и ссылке в деревню. 12 июня состоялся новый указ, которым повелевалось заточить кн. Д. в Соловецкий м-рь. В 1739 г., после признания кн. Ивана Алексеевича относительно подложной духовной Петра II, Д. был привезен в Новгород, подвергнут допросам и пытке, и 8 ноября того же года обезглавлен.
С. Ш.
Долгоруков Яков Федорович
Долгоруков Яков Федорович (1659 – 1720) получил очень хорошее для того времени образование, под руководством наставника из поляков, и свободно владел латинским языком. В 1682 г., во время стрелецкого бунта, он открыто принял сторону царевича Петра Алексеевича, который сделал его своим комнатным стольником. Царевна Софья, опасаясь его влияния на брата, отправила Д., в 1687 г., послом во Францию и Испанию, просить эти государства о помощи в предстоявшей войне с Турциею. Посольство не имело успеха. В 1689 г., в разгар распри Петра с Софьей, Д. одним из первых явился к Петру в Троице-Сергиеву лавру, за что, по низвержении Софьи, был назначен судьей Московского приказа. В 1695 и 1696 годах он находился в обоих Азовских походах и возведен в звание ближнего боярина. Уезжая за границу в 1697 г., Петр возложил на Д. охрану южной границы и наблюдение за Малороссией. В 1700 г., при учреждении «Приказа военных дел», Д. была подчинена комиссариатская и провиантская часть; но в том же году, в битве под Нарвой, он был взят в плен и более десяти лет томился в неволе, сперва в Стокгольме, потом в Якобштате. Отправленный оттуда в Умео, на шхуне, на которой находилось 44 русских пленных и только 20 шведов, Д., вместе с товарищами, обезоружил шведов и приказал шкиперу идти в Ревель, находившийся тогда, уже в нашей власти. Петр назначил Д. сенатором, поручив ему по-прежнему исполнять обязанности генерал-кригс-комиссара. В течение своего плена в Швеции, Д. имел возможность близко ознакомиться с шведскими порядками и государственным строем и потому сделался весьма полезным советником Петра, особенно при устройстве коллегиального управления. В 1717 г. государь приказал Д. председательствовать в Ревизион-коллегии. Здесь Д. явился строгим и неподкупным контролером доходов и расходов казны, неизменно руководясь правилом, высказанным при решении одного дела в сенате: «Царю правда лучший слуга. Служить – так не картавить; картавить – так не служить». Имя Д. перешло в потомство и сделалось популярным, благодаря множеству сохранившихся о нем рассказов, свидетельствующих о его прямодушии и неподкупности.
Долгоруков Василий Михайлович
Долгоруков Василий Михайлович – (1722 – 82). Опала, постигшая его родичей при императрице Анне Ивановне, коснулась и Д. На тринадцатом году он был записан солдатом в армию, двинутую под начальством фельдмаршала Миниха против Крыма. Отличился при взятии Перекопской крепости (1736), но до кончины Анны Ивановны оставался в полном забвении. При Елизавете Петровне он начал быстро подвигаться в чинах и участвовал с отличием в Семилетней войне. Императрица Екатерина II, в день своего коронования, произвела его в генерал-аншефы. При объявлении первой войны Турции, на князя Д. возложено было охранение наших крымских границ, а в следующем году велено вторгнуться с тридцати восьми тысячным корпусом в Крым. Эта задача была им выполнена блистательно. 4 июля он разбил семидесятитысячную армию хана Селим-Гирея и овладел Перекопом; 29 поля, при Кафе, вторично поразил собранное ханом девяносто пятитысячное войско; вслед за тем занял Арабат, Керчь, Еникале, Балаклаву и Тамань, принудил Селима бежать в Константинополь и возвел на его место доброжелателя России, хана Саиб-Гирея. Императрица наградила князя Д. орденом св. Георгия 1 ст. и титулом «Крымского». Обиженный тем, что не получил чина фельдмаршала, Д. вышел в отставку и поселился в деревне. В 1780 г. императрица назначила его главнокомандующим в Москву, где он заслужил общую любовь своею добротою, доступностью и бескорыстием.
С. Ш.
Долгота географическая
Долгота географическая – одна из координат, которыми определяется положение места на Земле – двугранный угол, составляемый плоскостью меридиана данного места с плоскостью первого меридиана. Долгота считается на В и на З от 0° до 180°, или в одну сторону от 0° до 360°. Так как Земля обращается около оси и в 24 часа плоскость каждого меридиана поворачивается на 360°, то Д. выражают также во времени, при чем 1 час = 15°, 1 мин. = 15', 1 сек. = 15". Разностью Д. объясняется разность времен в различных местах. Когда для одного места солнце находится в меридиане и там полдень, в местах, лежащих к В, солнце уже прошло, а к З. – еще не вступило на меридиан. Выбор первого меридиана произволен; в различные времена и у разных народов, за первый принимались различные меридианы. В древности Гиппарх проводил его через остров Родос, а Птоломей через Счастливый (один из Канарских), считая этот остров самою западною оконечностью света. Усовершенствование картографии принудило взять для первого меридиана какоенибудь более определенное место, но чтобы не нарушать принятого уже счисления, конгресс географов в Париже, в 1634 г., предложил принять за первый меридиан, проходящий через о-в Ферро, считая его ровно на 20° западнее парижского. Так как потом оказалось, что о-в Ферро не лежит от Парижа точно на 20°, то этот первый меридиан был в сущности скрытый парижский. В новейшие времена учреждение постоянных обсерваторий побудило разные народы считать за первый меридианы, проходящие через главные обсерватории; так русские считают долготы от Пулкова, французы от Парижа, англичане и американцы от Гринича, немцы от Берлина и т. д. Такое разногласие представляет значительные практические неудобства и в последнее время несколько раз собирались конгрессы для международного соглашения принять снова один какой-нибудь меридиан за первый. Вашингтонский конгресс в 1884 г. остановился на принятии Гриничского меридиана; однако это постановление не сделано обязательным, и до сих пор счисление Д. весьма разнообразно. Для перевода Д., отнесенных к какому-нибудь меридиану в Д. от Гринича, необходимо знать долготы главных обсерваторий, так восточный долготы относительно Гринича суть: Пулково 2h 1m 18,s7, Париж 0h 9m 21s,0, Берлин 0h 53m 34,s9 и пр. (в градусной мере долгота Пулкова относительно Гринича составляет 30° 19' 40,"5 (к В), Парижа = 2°20'15,"0 (к В), Берлина = 14° 42'1,"5 (к В), Ферро = 13° 23' 42,''5 (к З)). Для определения разности долгот нужно в разных местах заметить местные времена какого-нибудь явления, совершающегося в один и тот же физический момент; тогда разность замеченных времен и будет выражать разность долгот. В древности пользовались лунными затмениями, однако моменты наступления или окончания затмения не могут быть замечены с большою точностью. После изобретения зрительных труб, Галилей предложил пользоваться наблюдениями затмений спутников Юпитера; однако и они замечаются не точнее как до 20 секунд. Затем стали пользоваться наблюдениями Луны, которая, двигаясь между звездами с значительною быстротою, в среднем около 13° в сутки, представляет значительные удобства для определения долгот. Наблюдают или моменты прохождения Луны через меридиан, ее азимуты, зенитные расстояния, или покрытия звезд луною, или наконец лунные расстояния, для чего в астрономических календарях даются все необходимые данные.
– Вместо небесных явлений можно пользоваться и земными, например пороховыми взрывами, наблюдаемыми одновременно в двух пунктах. В настоящее время самые точные способы для определения разности долгот суть: перевозка хронометров и телеграф. Хорошо выверенный на одном месте хронометр перевозят на другое и определяют там соответствующими астрономическими наблюдениями его поправку, т. е. насколько он идет вперед или отстает против местного времени; это упреждение или отставание и выразит разность долгот. Для увеличения точности результатов перевозят не один, а много хронометров и совершают несколько переездов взад и вперед. Примером большой хронометрической экспедиции может служить определение разности долгот Пулкова и Гринича, когда совершено было 8 рейсов туда и обратно и перевозилось в 1843 г. 68, а в 1844 г. 42 хронометра. Подробности изложены в соч. Струве: «Expeditions Chronometriques de 1843 et 1844 pour la determination de la longitude geographique relative de l'Observatoire Central de Russie» (СП б. 1844 и 1846). Определение Д. c помощью телеграфа еще проще и точнее. Имея выверенные по местным временам часы, передают по телеграфу сигналы (отклонением стрелки гальваноскопа; стуком якоря электромагнита или черточкою на ленте хронографа) с одного места в другое. Разность местных времен подачи и принятия того же сигнала дает непосредственно разность долгот. Для увеличения точности подают не один, а много сигналов подряд, а для исключения влияния не моментальности передачи и запаздывания сигналов от несовершенства приборов, сигналы подают в одном и в противоположном направлениях. Телеграфный способ, предложенный первоначально в Америке в 1844 г., получил особенное распространение для больших расстояний и дает точность до: + 0,01 секунды во времени. В России одно из обширнейших телеграфных определений Д. совершено в 1873 – 76 гг., когда определены основные пункты в Сибири, от Казани до Владивостока; подробности напечатаны в 37-м томе «Записок военно-топ. отдела гл. штаба».
В. Витковский.
Долины
Долины. -Воды, текущие по земной поверхности из мест возвышен, в места более низменные, оказывают размывающее действие на лежащие по пути породы. Степень и быстрота размывания зависит, во-первых, от количества текущей воды, во-вторых, от угла, под которым падает вода или, другими словами, от скорости течения, наконец. от самих физических свойств породы, подстилающей путь, по которому стекают воды. Так. образ. прежде всего текущая по поверхности вода, путем размыва, углубляет почву в том месте, где она протекает, и образует себе зачаток того, что впоследствии, при увеличении углубления, называется руслом или ложем. Подобное русло увеличивается в глубину, благодаря размыву текущей по нему воды, но вместе с тем начинает увеличиваться и в ширину, благодаря новым агентам, именно вследствие размыва боков дождевой водой, стекающей в русло, и подмывания водой, образовавшей русло, того или другого бока, что зависит от извилистости течения, зависящей, в свою очередь, от выбора текущей водой более легко поддающихся размыву участков почвы. Образуются осыпи и обвалы боков русла, становящихся таким образом более пологими. Подобным путем образуются овраги, балки, каньоны; но все это – результат деятельности или периодически текущих вод (напр., при таянии снегов), или же постоянных, но не отличающихся массою и скоростью. При стекании большого количества вод образование русла, затем оврага, идет гораздо скорее и притом в больших размерах. Целыми веками, например, воды рек производили и производят размывающее действие на земной поверхности и в связи с указанными выше посторонними агентами, вызывающими осыпи, оползни и обвалы, увеличивают свое углубление настолько, что оно в поперечном разрезе достигает иногда не только что нескольких десятков и сотен саженей, но даже нескольких верст. Подобные широкие углубления или промоины на земной поверхности, произведенные размывом ныне текущих или протекавших в другие геологические эпохи и периоды, ныне же иссякших рек, носят название долин. Не только рыхлые, так наз. обломочные горные породы, но и плотные породы, как, напр., граниты, диориты и др. тоже не в состоянии сопротивляться размыву и хотя, конечно, медленнее, но все-таки претерпевают ту же участь, что и рыхлые и осадочные. На это указывают нам глубокие Д. в горных странах, проложенные в плотных иногда кристаллических горных породах. Известны совершавшиеся на глазах человечества поразительные факты размывающей силы речной воды. Напр., в 1603 г., при извержении Этны, река Симето была запружена лавовым потоком и, вследствие запруды в верховьях реки вода сильно поднялась, произвела разлив, но мало-помалу своим напором она стала размывать лавовую преграду, и ныне, т. е. по прошествии почти трех столетий, Симето продолжил себе русло в столь плотной горной породе, как лава, в несколько метров шириною и до 15 м. глубиною.
В дальнейшем изложении мы будем говорить об образовании поперечных горных Д., оставив в стороне, во-первых, Д. рек, текущих по равнинам, во-вторых, Д. рек, образующих водопады. Таяние снегов, накопившихся в высоких частях горной страны, выходящих за предел снеговой линии, вызывает образование большого постоянного количества воды, стекающей в виде потоков, которые, соединяясь, образуют реки. Быстрое течение потоков, превращающихся нередко даже в водопады, производит сильное размывающее действие на подстилающие породы. Если себе представить, что на пути своем поток встретит трещину, то он устремится в нее, станет ее размывать и образует, если поток, слившись предварительно с другими, увеличить массу воды, Д. горной реки. Подобные Д. образуются в горных странах по всевозможным направлениям. Иного же происхождения будут так называемые поперечные горные Д., т. е. такие, которые пересекают горный хребет в перпендикулярном к нему направлении. Такие Д. имеют большое значение для человека, давая возможность по ним переправляться через горную страну, другими словами – они служат тем, что известно под именем перевалов. Горный хребет, обладая двумя склонами, дает возможность стекать воде, образующейся от таяния снегов, залегающих на его высоких пунктах; по двум противоположным направлениям. Воды будут размывать поверхность склонов и образуют мало-помалу углубления того же совершенно характера как и овраги, т. е. на поверхности образуется углубление; в него будет вода падать водопадом, размывать и увеличивать его. Так как такое размывающее действие будет происходить на обоих склонах, то в данном месте кряж будет уже иметь в поперечном разрезе треугольник с вдавленными как бы сторонами, явившимися результатом разлива. Вершина кряжа становится более острой, сам же кряж становится ниже, если он не достигает снеговой линии, так как тогда он подвергается размыву, начиная с самой вершины, между тем как в противоположном случае он размывается текущей водой лишь ниже снеговой линии; хотя и в последнем случае вершина не остается неизменчивой, будучи подвержена тоже разрушительной деятельности ледников. В таком измененном склоне различают следующие три части: верхняя часть – часть водопадов, средняя – часть быстрого движения и нижняя – часть спокойного течения реки. Если предположить, что хребет не достигает предела снеговой линии, и принять во внимание отступление части водопадов, то с течением времени может получиться совершенно узкий водораздел между Д. одного и Д. другого склона, кот. в одно время будет питать две реки двух противоположных склонов. Как пример двух рек, текущих в противоположных направлениях, приведем Драву и Риенцу, имеющих крайне ничтожный водораздел Тоблах. Явление образования поперечных Д. важно в том отношении, что этим путем является возможность соединения двух речных бассейнов, а умея объяснить происхождение подобного явления, легко натуралисту понять, почему, например, в верхних частях некоторых рек произошло смешение водных фаун, между тем как в низовьях тех же рек фауны еще отличаются друг от друга.
Г. Петц.
Доллар
Доллар. – До конца XVIII столетия название это давали, в Англии и Америке, большим серебряным монетам (обыкновенно испанским пиастрам), служившим главною ходячею монетою. В 1792 году, с устройством в Сев.-Амер. Шт. монетного двора, конгресс решил чеканить Д., содержащие 371,25 гран чистого металла, с отношением между золотом и серебром как 1 : 15 1/2,. Это отношение, меньшее чем в Европе, вызвало громадный вывоз золота. Чтобы прекратить его, америк. правительство в 1834: г. приняло отношение золота к серебру = 1 : 16, что, в свою очередь, вызвало вывоз серебра. Конгресс 1873 г. установил 900 пробу для серебряной монеты и ввел чеканку торговых долларов (trade dollar), весом в 420 гран, которые преимущественно чеканили для торговли с Японией и Китаем (в это время в Кантоне чеканились так наз. драконовые Д. ); но trade dollar не имел успеха и в 1878 г. был отменен.
Доллар = 100 центам (1,31 рубл. металл. ). Золотая монета в 1 Д. существовала с 1849 г.; теперь она более не чеканится. В 1891 году были выпущены пробные Д. из двух металлов: в середину серебряного ободка, ценою в 25 центов, вставлялся золотой кружок ценою в 75 центов, но монета эта не имела успеха.
П. ф.-В.
Дольмены
Дольмены – так называется один вид мегалитических (т. е. сложенных из больших камней или каменных плит) древних памятников, похожих на каменные столы (откуда и кельтское название их, dolmen, в Бретани) и признававшихся ранее археологами за алтари или жертвенники друидов, но бывших в действительности каменными гробницами доисторической эпохи. В простейшей своей форме Д. устраивался из пяти каменных плит и представлял род каменного закрытого ящика; на четырех плитах, поставленных стоймя, лежала пятая. В передней поперечной вертикальной плите обыкновенно прорезывалось круглое отверстие. Обыкновенно Д. устраивался на поверхности земли и над ним насыпался курган, впоследствии часто опадавший и уничтожавшийся; но иногда Д. воздвигался на вершине кургана, или, наоборот, он углублялся в землю, устраивался в яме. В других случаях Д. принимали более сложную форму, напр., соединялись с более узким коридором из стоящих плит, или устраивались в виде большой прямоугольной камеры, в одной из продольных сторон которой проделывался вход с коридором (так что все сооружено получало вид буквы т), или наконец Д. превращался в ряд продольных, следовавших одна за другою камер, иногда все более и более расширявшихся и углублявшихся в землю (allee couverte). Материал, из которого складывались Д., был различен, смотря по местности: в Дании и Бретани – гранитные глыбы, в центральной и южной Франции, в Голландии, Испании – известковые. Большею частью Д. встречаются на пустынных и бесплодных местах, по берегам моря; но следует принять во внимание, что многие из этих памятников разрушились от времени или – чаще – были расхищены людьми, употребившими плиты для других построек. В Европе Д. распространены лишь на западе, именно в Дании (где встречаются большие гранитные камеры в виде буквы Т), СЗ Германии, Голландии, Бельгии, Франции, Испании, Португалии; в Италии, за немногими исключениями в области Этрурии, их нет, в Австрии, средней Германии, Пруссии, на Балк. полуострове тоже; но они были найдены в небольшом числе в Крыму. За пределами Европы они известны в сев. Африке (Алжире, Тунисе) и Передней Азии (Сирии, Палестины), также на Кавказе (особенно в Кубанской обл. ) и в Индии, где подобные памятники воздвигаются еще местами (напр., в южн. Khassia) и в настоящее время над умершими. Одно время была в ходу гипотеза, что эти памятники были оставлены народом, распространявшимся из Азии, через сев. Африку, на Пиринейский полуостров и далее во Францию, Германию и Данию; но этой гипотезе противоречит то обстоятельство, что северные Д. (датские, бретанские) относятся, по всем признакам, к более древней эпохе, чем южные. Некоторые из датских и бретанских Д. заключают в себе погребения каменного века (остатки многих умерших, погребенных в сидячем положении, с каменными при них орудиями), тогда как, напр., в Д. средней и южной Франции, рядом с кремневыми наконечниками копий и стрел, были находимы при костяках и бронзовые украшения, а в Д. Алжира и Кавказа – даже железное оружие. Устройство подобных каменных гробниц могло быть подражанием обычаю предков, хоронивших в пещерах, так как дольмен представляет род искусственной пещеры или грота. Некоторые Д. служили, очевидно, семейными или родовыми усыпальницами, другие были одиночными гробницами. В средней Франции строители Д., относящихся к началу металлического века, принадлежал по-видимому, к новым пришельцам, сравнительно с населением неолитической эпоха, хоронившим своих умерших в пещерах; на это указывает как различие в обстановке погребений (в погребальных неолитических гротах были найдены костяки, пораженные кремневыми стрелами совершенно того же типа, как и находимые в Д., что свидетельствует, повидимому, о борьбе между строителями Д. и населением, хоронившим в гротах), так, отчасти, и различие в форме черепов (по преимуществу, долихоцефальных в гротах и мезо– или брахицефальных – в Д. ). Д., находящиеся в Абхазии, черкесы считают жилищами какого-то народа карликов, основываясь, по-видимому, на малой величине отверстия в них (с челов. голову); казаки же называют их «богатырскими» могилами, так как только богатыри могли стаскивать с гор, по их мнению, такие каменные глыбы (известняка), весом в 100 и более пудов. В этих Д. были находимы человеческие кости, от субъектов, погребенных, по-видимому, в сидячем положении и отличавшихся высоким ростом, крепким сложением и брахицефальной формой черепа. При костях были найдены черепки глиняной посуды, с прямолинейным, ногтевым или волнистым узором, кремневые скребки, каменные бруски, бронзовые кольца, серьги, стрелы, булавки, зеркальца, стеклянные бусы. Найденная в одном из Д. босфорская монета Рискупориса IV, 216 г. по Р. X., весьма важна в том отношения, что дает возможность определить хотя бы приблизительно эпоху кавказских Д. Д. Крыма дали несколько железных вещей и, кроме того, указали на следы трупосожжения.
Д. А.
Домашние животные
Домашние животные. -Так называют животных, которые с незапамятных времен сжились с человеком, которых он держит около себя, доставляя им кров и пищу, и которые при этом легко плодятся, передавая своим потомкам, как природные, так к приобретенные ими, под влиянием человека, свойства. От животных Д. следует отличать животных домовых и ручных. Первые селятся в жилье или около жилья человека, против его воли, и приносят ему не пользу, а вред. Таковы, напр., крысы, мыши, тараканы и тому подобные. Места вторых (ручных) – в зверинцах и зоологических садах, где некоторые из диких животных легко ручнеют, но большею частью как бы теряют способность оплодотворения. Исключения редки. Ручные животные, следовательно, не могут передавать приобретаемых ими качеств новым поколениям, а каждое из них в отдельности требует новых усилий к приручению со стороны человека. Слон, например, в неволе никогда не размножается, но ручнеет, сравнительно, легко. Д. животные (коровы, лошади, овцы и др. ), напротив, отличаются легкою размножаемостью и даже плодовитостью, и потомки их уже не требуют приручения, и особенности, характеризующие Д. животных, передаются по наследству. В высшей степени замечательно, что число Д. животных, сравнительно с числом диких, крайне ограниченно. В то время, как одних млекопитающих во всех частях света насчитывают более двух тысяч видов, Д. животных насчитывают около 40 видов. А если не считать несколько полезных насекомых, каковы, например, пчела, кошениль, 2 – 3 вида шелкопрядов и две породы рыб, золотую рыбку и карпа, которых почему-то считают также домашними, то тогда число Д. животных будет до 27 видов.
Главный контингент Д. животных составился из класса млекопитающих, отряда парнокопытных, подотряда жвачных, но и из них в тесном смысле слова Д., т. е. таких, которых существование связано с человеком и без которых, в свою очередь, и человеку трудно обойтись и которые поэтому имеют действительно историческое значение в культуре, не более 7 – 8 видов. Таковы: корова или крупный рогатый скот, далее овца, коза (мелкий рогатый скот), буйвол, два вида верблюдов, лама, альпага, северный одень. В Африке и Азии заменяет нашего быка зебу, а в Тибете – як. Если считать оба вида верблюда за один, то из жвачных только десять надобно признать настоящими домашними животными. Из парнокопытных, не жвачных, к числу Д. животных принадлежат свинья, непарнокопытных – лошадь и осел, из плотоядных или хищных – собака и кошка, из грызунов – кролик и морская свинка. Из птиц к числу Д. животных относятся: из большого отряда куриные – курица, цесарка, фазан, павлин и индейка и голубиных – голубь обыкновенный и турецкий и, наконец, из отряда водоплавающих – лебедь шипун, гусь и утка. Одна только канарейка служит представительницею большого отряда воробьиных. Из отряда бегающих в Африке в последнее время стали разводить в домашнем состоянии страусов. Не все из перечисленных здесь животных имеют одинаковую одомашненность: ею в наивысшей степени одарены животные сельскохозяйственные. Они обладают высоко развитой способностью приспособляться, при содействии человека, к всяким внешних условиям: могут выносить, напр., сильный холод в жар, питаться кормами не только даваемыми самою природою, но и приготовляемыми искусственно и т. п. Таковы, напр., корова, овца, лошадь и свинья. Их мы видим поэтому наиболее распространенными. Но есть и такие, которые, как напр. буйвол, верблюд, северный олень, лама, пако или альпага, живут только в известных местностях или в очень холодных, или в жарких полосах Азии и Африки или на высоких горах Перуанских.
Д. животные содержатся для извлечения из них какой-либо пользы. Одни доставляют самые необходимые для продовольствия материалы: молоко, масло, сыр и вообще молочные продукты, затем после смерти – мясо, жир и т. п. Другие дают материал для одежды, обуви и вообще для сельской или фабричной промышленности. Некоторые содержатся для перевозки тяжестей и исполнения разных земледельческих работ. Иногда содержат животных и ради удовольствия, как, напр., некоторых птиц; но и птиц держат более из-за полезных продуктов, которые от них получаются (мясо, яйца, перья, пух и т. д. ). Д. насекомые разводятся тоже ради полезных продуктов (пчелы), причем иные дают материал для мануфактуры (шелковичный червь).
Характерною особенностью Д. животных считают, кроме указанной уже их приспособляемости, способность изменять до известного предела как внешние формы, так и внутренние качества, чем и пользуется скотозаводчик для образования тех или других пород. Благодаря этой способности, в последние два столетия достигнуты такие, в сельскохозяйственном смысле, успехи, что некоторые животные изменились чуть до неузнаваемости, что можно сказать об искусственных породах почти всех главнейших Д. животных, выработанных, главным образом, в Англии. Короткорогая корова, лейчестерская и саутсдаунская овца, английский скакун и тяжеловоз и, наконец, йоркширская и беркширская породы свиней, -все они (названные породы) показывают, до какой степени, под влиянием человека, велика сгибаемость животных, которыми он завладел. Если взять какой-нибудь экземпляр из названных пород и поставить рядом с экземпляром неулучшенным, но послужившим, в виде материала, для выработки животных улучшенных пород, то действительно результаты усилий человека покажутся невероятными. Английский бык достигает до 50 – 70 пд. веса. Наша крестьянская овца весит 50 – 60 фн., овца саутсдаунской породы раскармливается до 400 – 600 фн., да кроме того дает 10 – 15 фн. прекрасной длинной шерсти. Английские свиньи в один год достигают 10 – 12 пуд. в весе, между тем, чтобы получить от наших такой вес, нужно содержать их 3 – 4 года. Об английских скакунах в тяжеловозах и говорить нечего, они давно приобрели всемирную известность. Мериносовая овца также представляет замечательный пример изменения в ее покрове в зависимости от спроса на разные фабрикаты, приготовляемые из ее шерсти. Овцеводы много раз измеряли, в течение последних десятилетий, длину, тонину, извивчивость и тому подобные принадлежности мериносовой шерсти. В настоящее время стремятся создавать такие породы, которых отличались бы наибольшей производительностью не в одном только направлении, – соединять, напр., в крупном рогатом скоте, молочность со способностью к выкормке, в овце – производство хорошей шерсти с мясностью и т. д. Труды Бекквеля и братьев Коллинзов указали только возможность достигать желаемых изменений в Д. животных, но не указали еще предела, на котором следует остановиться. Голландская корова, переведенная в Америку, дает больше молока, чем в Голландии. В виду успехов, достигнутых скотозаводчиками в улучшении породы Д. скота, Дарвин в его известном сочинении «О происхождении видов», для пояснения некоторых фактов и для доказательства своих выводов, очень часто ссылается на явления, представляемые Д. животными; даже вся первая глава названного сочинения посвящена изменениям, которым подвергаются животные и растения, вследствие их культуры. Такие изменения в организме животных и упостоянение их наследственности только и возможны при условии их одомашненности так как для достижения подобных результатов нужны долговременная работа со многими непрерывными поколениями и умелый подбор среди их производителей, что, понятно, с дикими животными невозможно. Поэтому самое одомашнение, может быть, стоило очень больших трудов, но как и когда оно произошло, этого мы не знаем. Ни предание, ни история, ничего не говорят, когда и каким путем человек дошел до присвоения в свое общежитие нынешних Д. животных. Человек каменного периода имел при себе почти всех наших главнейших Д. животных. Древнейшая историческая летопись, Библия, говорит о коровах, овцах, лошадях и др., как о самых обыкновенных принадлежностях пастушеского и земледельческого состояния народов. Словом, время, когда человек приручил современных Д. животных, остается неизвестным, равно как неизвестно и происхождение большинства Д. млекопитающих. Предполагалось только, что каждое из Д. животных должно иметь одного или нескольких диких, подобных себе, родичей, а после исследования костей, найденных в остатках от свайных построек, это предположение, по-видимому, окончательно установилось, так как среди таких остатков удалось отличить кости Д. ж. от костей тожественных с ними диких животных. Таким образом как бы подтверждается, что в ту столь далекую от вас эпоху, о которой не помнят ни история, ни предание, жили наши теперешние животные как в домашнем, так и в диком состоянии. Но в настоящее время некоторые из домашних животных в диком виде более не существуют. Так, напр., известны только как Д. животные корова и лошадь. Затем между некоторыми из Д. животных есть такие, родоначальников которых и до сих пор оспаривают. Так нашу Д. овцу одни производят от муфлона, другие от аргали, а иные от северо-африканской Д. дикой овцы (ovis tragelophus). Родоначальником собаки кто считает водка, кто шакала, а некоторые – оба эти вида. У иных животных дикие представители вымерли. Так родоначальником большей части пород крупного рогатого скота считают тура (Bos primigenius) (Рютимейер, а затем и другие производят от тура все низменные породы крупного рогатого скота, водящиеся по берегам Балтийского и Немецкого моря: скот голландский, голштинский, а равно короткорогий скот Англии. К этой же группе относятся и наш украинский скот. Затем, по Рютимейеру, к первоначальным породам также должны быть причислены: Воs brachyceros (бык короткорогий) и Воs frontosus (бык лобастый). От первой формы произошел одноцветный бурый скот Швейцарии (швицкий) и соседних Альпов, а от второй – пестрый, также швейцарский, но водящийся в долинах между торами, и безрогий скот Шотландии и Норвегия). Он жил, как дикий бык, не только в доисторическое, но и в сравнительно недавнее время. В этом удостоверяют сказания нашей народной поэзии, древние русские былины, далее названия разных урочищ, в которых слышится имя тура и, наконец, положительные известия летописей и других памятников древней литературы. Судя по этим памятникам, древний тур хорошо был известен нашим предкам, был животным массивным, с длинными рогами, гнедой масти, отличался громадной силой и быстротой, любил держаться в местностях болотистых в лесистых, как привольных для корма и уединенных. По былинам, границы обитания тура. определяются Приднепровьем, землею Волынскою и пущами литовскими, но народный язык и названия разных урочищ, в которых сохранилось имя тура, расширяет эти границы на восток до верховьев Донца, а на север до Ладоги (где есть Турова пустынь), Грязовца и Галича. Из прямых свидетельств о туре особенно замечательно описание его, данное известным Герберштейном, приезжавшим в Россию в XVI стол. Чтобы не смешивали тура с живущим и доселе зубром, Герберштейн в своих записках («Rerum Moscoviticarum commentarii») приложил рисунки того и другого животного.
Таким образом относительно происхождения домашнего быка вопрос был бы ясен, если бы не было известно, что некоторые из домашних животных легко превращаются в диких. В Америке до ее открытия не было ни одного из домашних животных Старого света. Не было ни лошадей, ни коров, ни свиней, ни овец, ни коз. Все эти наши исконные домашние животных завезены в Америку европейцами и все они нашли такую благоприятную для себя почву, что скоро размножились до излишества. Численность их стала превышать потребности народонаселения. При таких условиях, естественно, некоторые животные оставались без присмотра, стали отставать от стад, бродить по лесам и постепенно дичать. Таким путем в Америке начали набираться целые стада одичалых быков и лошадей. Натузиус говорит, что у него были случаи одичания свиней и спаривания их с дикими кабанами. Что было с нашими Д. животными в Америки и что отчасти бывает и в Европе, тоже повторяется в редко населенных местностях Австралии, где одичалый рогатый скот и лошади даже небезопасны для людей. В легкости одичания Д. животных некоторые видят как бы доказательство их происхождения от диких видов. Потому будто так легко и дичают некоторые из Д. животных, что их природе более соответствует состояние дикое, чем домашнее, искусственное, из которого они как бы и стремятся выйти. Если бы одомашненность была природным свойством некоторых животных, то таким нелегко было бы обходиться без помощи человека и перевод одновидовых диких животных в домашнее состояние не представлял бы большого труда.
Как бы то ни было, но вопрос о происхождении наших домашних животных, этих ближайших слуг и друзей человека, следует считать открытым, так как он, по справедливому замечанию. Натузиуса, лежит вне наблюдений и опыта.
Литература: Дарвин, "Прирученные животные и пр. " (1867); его же, "О происхождении видов в проч. " (1862); Богданов, «Речь о происхождении домашней собаки» («Труды VI съезда естествоиспытателей»); «Исследования современного состояния скотоводства в России» (изд. мин. госуд. имуществ 1882 – 85); Зеттегост, «Животноводство» (пер. О. Гримма, 1881); Кесслер, «О происхождении домашних животных» (1847); Ruttimeyer, «Die Faune der Pfahlbauten in der Schweiz etc.» (1864); Wilckens, «Grundzuge d. Naturgeschichte des Hausthiere» (1880); H. von Nathusius, «Vortrage uber Viehzucht und Rassenkentniss» (1872); Furstenbert und Rohde, «Die Rindviehzucht nach ihrem jetzigen rationellen Standpunct» (1872).
А. Советов.
Доминиканцы
Доминиканцы, или орден братьев проповедников (Ordo fratrum praedicatorum), основан св. Домиником в Тулузе, утвержден папою Гонорием III и быстро распространился во Франции (здесь Д. нередко назывались якобинцами, потому что первое их местожительство было в Париже, при церкви св. Иакова), Испании и Италии. На первом генеральном капитуле в Болонье, в 1220 г., Д. орден был объявлен нищенским: на его членов возложена обязанность отказаться от всяких имуществ и доходов и жить подаяниями. Это постановление соблюдалось не вполне и в 1425 г. было отменено папой Мартином V. Третий великий магистр ордена, св. Раймунд де Пеннафорте, издал в 1238 г. собрание его статутов. Во главе ордена стоит избиравшийся сначала пожизненно, а потом на 6 лет великий магистр. В каждой стране есть провинциальный приор, в каждом отдельном общежитии, имеющем не менее 12 чл. – конвентуальный приор. Над этими начальствующими лицами стоит капитул, т. е. общее собрание, созываемое каждые три года. Главная задача нового ордена состояла в миссионерской деятельности между неверными; но вместе с тем он ревностно занимался церковной проповедью и богословием. Альберт Великий и Фома Аквинский – замечательнейшие ученые, вышедшие из ордена; к нему же принадлежали Эккард, Таулер, Савонарола, Викентий Бовэский. При самом основании своем обратившиеся к помощи меча для борьбы против альбигойцев, Д. продолжали быть внешними охранителями правоверия. Magister sacri palatii, всегда избиравшийся из Д., заведывал высшей цензурой; папа Григорий IX передал им инквизицию. В эпоху наибольшего процветания орден Д. насчитывал до 150000 членов, в 45 провинциях (из них 11 вне Европы), и 12 конгрегаций, под управлением самостоятельных генеральных викариев. Позднее Д. были оттеснены иезуитами от школ и проповеди при дворах, а отчасти и от миссионерской деятельности. Теперь Д. существуют в Италии, Испании, Австрии; миссии их есть в Америке и Ост-Индии. Одежда их состоит из белой рясы, с белым капюшоном; выходя на улицу, они надевают сверху черную мантию с черным капюшоном. Герб ордена изображает собаку, которая несет во рту горящий факел (отсюда и название их «Псы Господни»), чтобы выразить двойное назначение ордена: охранять церковь от ереси в просвещать мир проповедью истины. Женские Д. монастыри, числом до 300, существуют в Италии, Австрии, Бельгии, Америке. Монахини занимаются рукоделием. Одежда их белая, с черным плащом и вуалью. Знаменитейшая из сестер этого ордена – св. Екатерина Сиенская. Д. орден имеет еще и третью ветвь. Сам Доминик основал, под именем «Милиции Иисуса Христа», союз светских людей обоего пола, для защиты церкви и для стремления к нравственному совершенству. После его смерти они стали называться братьями и сестрами «Покаяния св. Доминика». Они не произносят обетов, остаются в свете и по мере сил содействуют целям ордена. См. Lacordaire, «Memoire pour le retablissement de l'ordre des Freres precheurs» (1840); Danzas, «Etude sur les temps primitifs de l'ordre de St. Dominique» (Пар., 1874 – 75); Douais, «Essai sur l'organisation des etudes dans l''ordre des Freres precheurs etc.» (1884).
Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Просмотров: 54 | Добавил: creditor | Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close