Главная » Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
12:47
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Афоризмы
Афоризмы (греч.) – краткие, отрывистые, фразы, заключающие в сжатой, удобной для запоминания, форме какую-нибудь определённую мысль, сентенцию, обобщение и т. п. Афористическая манера писания и речи означает сжатый, отрывистый способ выражения мыслей.
Афоризмы или краткие поучительные изречения особенно были любимы в повествовательной литературе эпохи Возрождения и вместе с заимствованными сочинениями они распространились и в России. Так напр., особенно обильным афоризмами является «Разговор Соломона с Морольфом», где почти исключительно оба разговаривающие лица обмениваются афоризмами. Тоже самое мы замечаем в русских повестях, перешедших к нам с Востока и Запада: так напр., множество афоризмов мы встречаем в повести «Синагрип царь Адоров и Наливские страны», где поучение премудрого Акира сыну состоит из афоризмов. На Западе афористическое разговоры Соломона с Морольфом обращались особой статьёй, – в России тоже случилось с поучением Акира, которое выделено было из рассказа и обращалось как самостоятельное целое, обогащаясь новыми изречениями практической мудрости и пословицами. Афоризмами говорят тоже лица других заимствованных рассказов, напр. в «Александрии». Пор высказывает такую мысль: «нет на земле радости, где не принялось бы жалости». Афоризмы, однако, явились в России не только в это позднее время; в XVII в. они стали только выделяться из общих рассказов, как самостоятельный литературный сборник, но уже давно были в обращении: в доказательство этого стоит только припомнить себе богатое такими изречениями «Моление» Даниила Заточника.
Афродита
Афродита – греческое имя Венеры, богини любви, называется иногда также Афрогенеей, родившейся из пены морской. Афродизии – праздники в честь А., устраивавшиеся во многих местах Греции и М. Азии, особенно на Кипре.
Аффект
Аффект (лат.) – противоположность спокойствию духа, обозначает всякую, вызванную чувством, приостановку или затруднение в обыкновенном, нормальном течении представлений. Таким образом, А. лишает человека спокойной рассудительности мышления и воли. Обыкновенно поводами аффектов служат сильные и внезапные впечатления, под влиянием которых потрясается и внезапно изменяется душевное состояние человека. Впечатления эти весьма разнообразны, как по роду, так и по степени нарушения, которое ими производится в нашем внутреннем мире. Старая психология, с своею теориею отдельных душевных способностей, относила А. к области чувствований, а страсти – к области воли; разделение это теперь оставлено вместе с самой теорией) самостоятельных душевных способностей. Однако, следует отличать А. от страстей: первые обыкновенно возникают внезапно и, быстро достигнув своего высшего напряжения, столь же быстро исчезают, уступив место реакции; вторые отличаются большею продолжительностью и постоянством, развиваются и нарастают часто весьма медленно, но, раз овладев душевным состоянием человека, только с большим трудом могут быть подавлены. Степени А. весьма различны. В высшем напряжении они действуют ошеломляя, иногда даже причиняя смерть, как напр. испуг от радости или страха. Чувства, вызываемые А., могут быть как приятными, так и неприятными или даже одновременно и радостными и печальными, как. напр. при удивлении. По отношению к способу потрясения душевного спокойствия, А. могут быть разделены на эксцитирующие или возбуждающие, как гнев, месть, радость в угнетающие, как скорбь, печаль и т.д. При близкой связи, существующей между духовными и телесными состояниями, потрясение, обнаруживающееся в А., переходит и на тело, что доказывается испытываемым в этих случаях чувством облегчения или стеснения, румянцем от стыда, бледностью при гневе и т.д.; тело же наоборот противодействует продолжительности А. При высших степенях А., сама природа позаботилась о средствах разрешения А., напр. слезами или смехом. Нет никакого основания утверждать, что только человек подвержен аффектам, так как и у животных обнаруживаются подобные явления; однако, только человек, в силу своего высшего духовного развития, способен подавлять в себе и укрощать А.
В уголовном праве вопрос о влиянии и значении А. представляется весьма спорным как со стороны теоретической, так и практической. Преступление есть продукт не только одних внешних обстоятельств, но и характера, темперамента человека, результат отсутствия в нём привычек к правомерной жизни; борьба с этими внутренними элементами преступлены составляет один из моментов наказания. Там, где противозаконная деятельность является продуктом психического расстройства, наказание заменяется лечением, надзором, роль тюрьмы исполняют больница, убежища. Но безнаказанность деяний, учинённых в аффекте, в порыве страсти, не может быть допущена. Иначе пришлось бы открыть свободный путь всякой необузданности, животным инстинктам и отказаться от охраны государства, общественного порядка и спокойствия. Но с другой стороны А.-ы, как внезапные, порывистые возбуждения организма, сопровождаются целым рядом не только телесных, но и психических изменений, причём последние не остаются без влияния на вменяемость. Человек под влиянием А., или охватывается всецело одной идеей, одним желанием, теряет всякую возможность оценки побуждений, возможность борьбы и выбора; иногда даже самоё восприятие впечатлений, благодаря А., получает фантастический характер; или же наоборот, жизнь психическая притупляется, настроение принимает характер подавленности, поступки становятся бессознательными и безотчётными. Очевидно, что при таких условиях вменяемость и ответственность существовать не могут. Поэтому необходимо принять то начало, что если обыкновенные, так сказать физиологические А., не устраняют вменяемости, а могут только повлиять на меру ответственности, то А., переходящие грань обычного нервного возбуждения и получающие характер патологический (болезненный), устраняют вменяемость подобно преходящему безумию. Наше действующее законодательство (Уложение о наказаниях уголовных и исправительных и Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями) не указывает в числе состояний невменяемости на А., так что, в случае учинения деяния в патологическом А., не соединённом с душевной болезнью, суд может освободить подсудимого только одним способом – ответив отрицательно на общий вопрос о виновности. Относительно же влияния А. физиологического на степень ответственности существуют особые постановления в ст. 134 п. 5 Улож. о наказ. и в ст. 13 п. 2. Мир. Уст. В обоих этих случаях закон указывает только на одну группу аффектов – на сильное раздражение (по Уложению о наказ.), при том условии, чтобы этот А. был вызван обидами, оскорблениями или иными поступками лица, коему виновный сделал или покусился сделать зло, а по Мир. Уст., если А. произошёл не от вины самого подсудимого. Более значения придаёт аффектам особенная часть Улож. о наказ., в большинстве личных преступлений, напр. при убийстве, при оставлении без помощи. По новому проекту уголовного уложения патологические А. подходят под общее понятие причин, устраняющих вменяемость. Ср. Н. С. Таганцев, «Лекции по русскому уголовному праву» (С. Петербург, 1888); Лион, «А. и страсти» («Арх. суд. медиц.», 1868 г., №№ 1 – 3); Слонимский «Умоисступление, как причина невменяемости» («Суд. Вестн.», 1878 г.,. №№ 1 – 3); Сикорский «О душевных состояниях при аффектах» ("Сборн. по суд. медиц. ". 1875 г.).
Axaйя
Axaйя – в древности название северной приморской области Пелопониса; на В. граничит рекою Ситас с областью Сикиона и Флиунта, на Ю. с Арголидой, Аркадией и Элидой (от которой отделяется рекой Лариссой); с З. и С. омывается морем. Местность эта, за исключением Димской равнины, гористая, наполнена частью северными отрогами и предгорьем пограничных гор Аркадии, как то: Эримант, Ароания, Эгелидорея и Киллене, отчасти и Панахайконом (ныне Фойдийсие горы) – широким горным хребтом, далеко тянущимся в северном направлении и достигающим высоты 1927 м. С этих гор сбегает к морю множество небольших потоков, глубоко изборождающих эту местность и образующих при своих устьях маленькие дельты. Местность эта хотя покрыта горами, тем не менее очень плодородна и изобилует хлебом и вином. Изобиловавшие дичью леса, покрывавшие прежде большую часть этой местности, теперь сильно поредели. Древними обитателями А., носившей в наиболее отдаленную эпоху название Эгиалеи, были пеласгинионийцы, которые после дорийского переселения должны были уступить эту страну ахейцам , вытесненным из юго-вост. части Пелопониса. Уже во времена ионян А. образовала союз из 12 общин. Ахейцы удержали это устройство с тою разницей, что прежние незащищенные местечки они превратили в укрепленные города. Вот их названия (считая с З. на В.): Диме, Оленос Фары, Тритея, Патры, Рипес, Эгион, Гелике, Бура, Эги, Эгейра и Пеллене. На место Оленоса, Рипеса и Эг, покинутых уже раньше своими обитателями, вступили в союз независимыми членами Леонтион и Керинея. Гелике в 373 г. до Р. Х. была затоплена морем, вследствие землетрясения. Во времена Гомера, ахейцы были могущественнее других греческих племен, так что их именем называлась иногда вся Греция. Ахаией также называли римляне область, которую они образовали из всей покоренной Греции, за исключением Фессалии, Акарнании и Этолии. Теперь пелопонесская область А. с Элидой образуют Ахайскую и Элидскую номархии королевства Греции; она занимает 5253 кв. км, заключает (1879) 181632 жителей и разделяется на 4 эпархии и 25 демов; главный город Патры.
Ацетилен
Ацетилен – первый член группы ацетиленистых углеводородов, принадаежащей к ряду СnН2n-2 ; химический состав его С2Н2, Cтроение же СН є СН. В чистом состоянии А. получен и исследован Вертело в 1859 г.: он представляет газообразное вещество, весьма часто образующееся при разнообразнейших реакциях: при неполном горения некоторых органических веществ, напр. светильного газа, при пропускании через раскаленную трубку паров алкоголя, эфира и т.д.; характерный запах светильного газа зависит от присутствия в нем свободного А. Синтетически А. получается прямо из элементов, при пропускании сильного электрического тока через угольные электроды, помещенные в атмосфере водорода (Вертело). Наиболее удобный и скорый способ получения А. состоит в действии алкогольного раствора едкого кали на бромистый этилен С2Н4Вr2. А. представляет бесцветный газ, с резким неприятным запахом; плотность его по отношению к воздуху 0,91; при +1° Ц. и при давлении в 48 атмосфер сгущается в бесцветную жидкость уд. веса 0,451 (при 0°); горит ярким сильно коптящим пламенем; при вдыхании действует ядовито; в воде мало растворим, легче в спирте и эфире. При пропускании А. в аммиачные растворы полухлористой меди или азотнокислого серебра получаются весьма характерные металлические производные: в первом случае красно-бурая ацетиленистая медь: C2Н2.Сu2О или C2НСu. CuOH, а в другом – белое ацетиленистое серебро подобного же состава. Соединения эти взрывают от удара или при легком нагревании; соляная кислота разлагает их с выделением А., чем и пользуются для очищения газа. При краснокалильном жаре А. переходит в бензол С6Н6, стирол C8H8, нафталин С10Н8 и т.п.; с азотом, под влиянием электрических искр, дает циан. А. легко вступает в реакции прямого соединения с галоидами и галоидоводородными кислотами. С хлором он взрывает уже при рассеянном свете, в темноте же взаимодействия нет. Бром прямо соединяется с А., образуя или симметрический дибромэтилен CHBr:CHBr, или симм. тетрабромэтан CНВr2: CHВr2. Известны и продукты замещения водорода в А. галоидами, напр. воспламеняющийся на воздухе монобромацетилен C2НВr, который под влиянием света уплотняется, превращаясь отчасти в трибромбензол C6Н3Вr2 (Сабанеев). В присутствии водного раствора бромной ртути, А. присоединяет элементы воды и дает при этом уксусный алдегид СНєСН+Н2О=СН3.СНО (Кучеров).
Ацетон
Ацетон, диметилкетон – органическое соединение, образующееся при сухой перегонке уксуснокислых солей, а также, на ряду с прочими продуктами, при сухой перегонке дерева и многих других органических веществ. В крайне ничтожных количествах А. найден в моче здоровых людей и животных, значительно же большее содержание его в моче диабетиков. А. был известен уже очень давно, но состав его и частичная формула С3Н6О определены только Либихом и Дюма, строение же СН3СОСН3 впервые установлено Вильямсоном А. представляет прозрачную, весьма подвижную, бесцветную, горючую жидкость, с характерным, довольно приятным запахом; уд. вес его (при 0°) 0,8144; темп. кип. 56,5° Ц.; с водою, спиртом и эфиром смешивается во всех пропорциях, растворяет жиры, смолы, пироксилин; из водных растворов выделяется отсаливанием, напр. хлористым кальцием; с кислыми сернистокислыми щелочами дает кристаллические соединения. Удобнее всего получать А. сухой перегонкой уксуснокислого барита, так как известковая соль для своего разложения требует слишком высокой температуры, а потому дает много посторонних продуктов. Для окончательного очищения А. взбалтывают с кислым сернистокислым натром и разлагают получающееся кристаллическое соединение крепким раствором углекислой щелочи: водный дистиллят обезвоживают хлористым кальцием и перегоняют. А. получается также и другими общими для кетонов методами. Для открытия А. может служить очень чувствительная реакция образования йодоформа при действии аммиака в раствора йода в йодистом аммоние. При обработке хлором, в тех или других условиях, весь водород А. может быть постепенно замещен галоидом, так что известно шесть различных степеней охлорения А. При действии пятихлористого фосфора, наоборот, хлором замещается кислородный атом, как и во всех вообще кетонах; при этом образуется соединение состава C3H6Cl2, двухлоропропан (метилхлорацетол). Окислителями, напр. хромовой кислотой, А. переводится в уксусную и муравьиную кислоты, а амальгамой натрия восстановляется в соответствующий вторичный изопропильный алкоголь (СН3)2СН(НО). Аммиак соединяется с А. уже на холоде, легче при нагревании, причем выделяются элементы воды и образуются различные продукты, из которых важнейшие: диaцетонамин C6H12NO и триацетонамин C9H17NO. При действии водоотнимающих веществ А. полимеризуется в окись мезитила С6Н10О или (СН3)2С:СН СО СН3, непредельный кетон – форон C9H14О и углеводород мезитилен C9H12. Последний ничто иное, как симметрический трехметилированный бензол С6Н3(СН3)3, так что в данном случае мы видим один из примеров перехода соединения, принадлежащего к так назыв. жирному ряду, в соединение ароматического ряда.
Ацтеки
Ацтеки (астеки)– обитатели Мексики в эпоху прибытия европейцев в Америку. Когда около средины XI в. по Р. Х. сошли со сцены толтеки, в Анахуак устремились многочисленные полчища чичимеков, за которыми последовали вскоре, около 1200 г., более цивилизованные аколхуасы. Последние вдохнули новую жизнь в вымиравшие остатки цивилизации толтеков и основали путем завоеваний в северном Анахуаке цветущее государство Аколхуакан с главным городом Тескуко. В начале XIII века наступавшие с С. дикие ацтеки достигли долин Мексики, по которым они кочевали в течение более столетия, находясь одно время под властью аколхуаков. Лишь в 1325 г. построили город Тенохтитлан – Мексику европейцев, названную так по имени бога войны Мекситлы. Не смотря на внутренние междоусобия и постоянные войны с соседними народами, население Мексики увеличивалось и государство крепло. За А. утвердилась слава храбрых воинов. В начале XV века король Тескуко, Нецалхуаткоиотль, обратился к королю ацтеков Ицкоатлю (1423 – 36) за помощью против тепанеков, которые покорили аколхуаков и завладели городом Тескуко. Помощь была оказана, а тепанеки уничтожены. После того было восстановлено государство Тескуко, отнятые же у тепанеков земля отошли к Мексике. Тескуко и незначительное государство Тлакопан заключили между собою союз, который оставался в силе до самого прибытия испанцев и в котором Мексика занимала первенствующее место. Затем шли непрерывные войны в продолжение целого столетия. Сперва А. сражались лишь в пределах своих долин, а впоследствии перенесли театр военных действий по ту сторону горных хребтов Анахуака. Уже при первом Монтезуме (1436 – 64) они распространили свое владычество до берегов Мексиканского залива. Благодаря целому ряду весьма способных государей, которые сумели воспользоваться возраставшим богатством страны и воинственным духом народа, владения Монтезумы II простирались, ко времени прибытия европейцев, по берегам Атлантического океана от 18 – 21°, а по побережью Южного океана от 14 – 19° сев. широты. Некоторые короли Мексики, как Ахуитцотль (1482 – 1502), проникали еще дальше, до самых отдаленных местностей Никарагуа и Гватемалы.
В основе королевской власти А. лежало выборное начало. Короли избирались из среды ближайших родственников умершего государя четырьмя представителями высшей знати страны. Посвящение в королевский сан сопровождалось пышными религиозными торжествами. Живя в грубой роскоши, мексиканские короли правили неограниченно при содействии особого тайного государственного совета и под охраною личной стражи, набранной из знатнейших семейств. Высшую аристократию, из которой назначались первые придворные и государственные чины, составляли около 30 дворянских семейств, владевших большими поместьями и обязанных по большей части жить в столице. Законодательная власть находилась всецело в руках короля. Противовесом возможному произволу государственной власти служили однако же, высшие судебные учреждения, вполне от неё независимые; суды отличались стройной организацией. Дела разбирались без участия поверенных сторон, а доклады дел, показания свидетелей и т.д. записывались особыми судебными писцами. Законы были также писанные и весьма суровые. Положение рабов регулировалось специальными законоположениями в благоприятном для них смысле. Источники королевских доходов были крайне разнообразны. Кроме доходов с государственных земельных имуществ, сюда входили еще личные и натуральная повинности. Жители уплачивали в казну часть дохода с участков земли, доставшихся им по жребию, и от этого взноса не освобождались даже ленные владельцы, принадлежавшие к высшей знати. Помимо этого, существовали еще налоги на различный произведения промышленности и искусств. В видах правильного поступления податей были расположены постоянные гарнизоны в большинстве значительных городов. При посредстве гонцов и благодаря существованию больших военных дорог, на которых через каждые 15 км. были устроены станционные дома, поддерживалась постоянная связь между столицей и самыми отдаленными пунктами государства. Конечной целью всего домашнего воспитания и всех общественных учреждений служило ведение войны. Каждой войне предшествовало предложение покориться и затем следовало торжественное ее объявление. Во главе войска стоял сам король; оно имело блестящий вид и отличалось прекрасной выправкой, военные законы их были чрезвычайно суровы.
Религия А. находилась в самой тесной связи с их государственным устройством. Отсутствие естественного внутреннего единства в религиозном мировоззрении А. оправдывает возможность предположения, что мифология их образовалась от слияния их собственного вероучения, носящего на себе печать неукротимой дикости, с более возвышенными религиозными представлениями толтеков, отличавшихся более кротким и благородным складом. А. верили в существование высшего, невидимого творца и властителя вселенной, Таотля. Ему были подчинены 13 главных божеств и еще 200 низших, из которых каждому был посвящен определенный день или же особое празднество. Во главе последних стоял бог-покровитель всего народа, страшный Хуитцилопоцли, мексиканский Марс. Храмы, воздвигнутые в честь его, были самыми великолепными и величественными, алтари его в каждом городе Мексики дымились от крови принесенных ему в жертву военнопленных. После этого бога самыми выдающимися представителями древне-мексиканского пантеона являются Кветцалкоатль и Тецкатлипока. Первого, бывшего национальным богом толтеков, также высоко чтили и А., преимущественно, как бога воздуха. Тецкатлипока считался душой Мира, ему приписывали сотворение неба и земли и, кроме того, в нем признавали бога, воздающего за содеянное добро и зло. Загробную жизнь А. представляли себе в трояком виде: на небесах рай предназначался для воинов, затем было место безмятежного довольства для опочивших мирно, естественным путем и, наконец, ад с вечной тьмой для безбожников, какими являлись большая часть рода человеческого. Сжигание мертвых сопровождалось многочисленными празднествами, при чем у знатных приносились даже рабы в жертву. Отличавшееся своей численностью сословие жрецов пользовалось неограниченным влиянием как в общественной, так и в частной жизни. Различные звания жрецов и соответствующие каждому званию функции были точно определены. Высший класс жрецов заведовал человеческими жертвоприношениями, особые классы заведовали воспитанием детей, вели письменную часть, наконец, производили календарные наблюдения. Во главе их стояли два верховных жреца. Судя по архитектуре теокаллий (т.е. храмов), далеко превосходивших размером городские каменные постройки для жилья, все многочисленные и разнообразные религиозные торжества происходили публично. Они состояли отчасти из процессий жрецов, женщин, мужчин, детей, отчасти из жертвоприношений. Вначале приносили в жертву людей лишь изредка, но по мере расширения государства это стало обычным явлением, и впоследствии почти каждое значительное празднество заканчивалось человеческими жертвоприношениями. Трупы принесенных в жертву съедались за роскошным пиршеством.
Самое важное занятие жрецов составляло все таки воспитание детей, и для этого существовали при всех храмах специальные здания. Конечной целью воспитания, даваемого жрецами, было развить в детях с самых ранних лет уважение к религии и ее служителям. В высших учебных заведениях, называвшихся «калмекак», преподавали юношам, готовившимся для духовного звания, астрономию, богословие, историю и т.д., при чем пособием при изучении этих наук служили символические письмена. Этим иероглифическим письмом были начертаны законы и донесения чиновников. Для составления географических карт служили те же иероглифы: эмблематическое письмо наносилось красками на хлопчатобумажную ткань, на тщательно обработанную кожу или на особую растительную бумагу. Во время прибытия испанцев существовало весьма значительное количество таких рукописей самого разнообразного содержания, но вследствие фанатизма христианского (катол.) духовенства и солдат до нас дошло лишь немного этих памятников язычества. Некоторые манускрипты рассеяны по различным библиотекам Европы, напр. в Вене хранится роскошный экземпляр кодекса на оленьей коже. Большинство их помещено в великолепном издании лорда Кингсборо: «The antiquites of Mexico» (6 томов, Лонд., 1830. Большое in folio). Ср. Обэн, «Memoire sur lecriture figurative et la peinture didactique des anciens Mexicains» (Пар., 1849). Система счисления, календарная и хронологическая системы мексиканцев заставляют предполагать в них солидные сведения по математике и астрономии. Их солнечный год, который состоял из 18 месяцев, по 20 дней в каждом, с 5 добавочными днями, был вычислен гораздо точнее, чем греческий и римский год. А., кажется, была также известна и причина солнечных затмений.
Земледелие стояло на такой же высокой степени развития, как и прочие отрасли промышленности, и находилось в большом почете, будучи тесно связано с национальными религиозными учреждениями и составляя основание всего народного благосостояния. Горное дело достигло у А. значительного развития. Серебро, свинец, олово добывались из залежей в Таско, а медь из гор Цакотоллана. Золото вымывалось из песка и со дна рек. Употребление железа было неизвестно мексиканцам, и они пользовались вместо него для выделки инструментов сплавом из меди и олова, а также твердыми каменными породами, напр. итцтди или обсидианпорфиром. В производстве некоторых золотых и серебряных изделий мастера А. могли поспорить с испанскими. Точно также глиняная и деревянная посуда, прочные и блестящие краски, вышитые ткани, украшения из перьев и т.д. представляют блестящее доказательство высокого технического совершенства работы А. Произведения их скульпторов и архитекторов сохранились еще в значительном количестве. Торговля носила отчасти меновой характер, денежными же знаками служили различного рода ценности, помимо товаров (ствол пера, наполненный золотой пылью, кусочки олова, бобы какао). Профессия купца пользовалась вообще особенным почетом. Находясь под непосредственной охраной правительства, часто облеченные поручениями последнего, купцы отправлялись со своими караванами в самые отдаленные местности Анахуака и соседних стран. Торг невольниками считался также почтенным занятием; постоянные рынки для этого устраивались в Ацкапоцалко. Многоженство было дозволено, но было распространено лишь среди имущих классов населения. К женщинам относились с уважением, они принимали участие в общественных празднествах и увеселениях. Государство находилось, таким образом, на апогее своего процветания, когда испанцы вычеркнули на веки имя А. из списка народов. Хотя потомки А. живут еще в горах в долинах Анахуака, смешавшись с европейцами, но все, что составляло их особенность, как самостоятельного народа, исчезло навсегда. Подобно всем другим племенам краснокожих, А. одарены от природы особенной чувствительностью. Грубое прикосновение европейского пришельца заставляет их в ужасе отступать назад. Если чуждое влияние приближается к ним даже в форме высшей культуры, то они и в этом случае не выдерживают давления и вымирают. Кто знаком с современным индейцем Мексики; тот едва ли может себе представить, что этот народ был когда-либо способен создать такой государственный организм, какой мы встречаем у древних А. или у толтеков.
Литература. Кроме сочинений Фейтиа, Клавигеро, Сахагуна и Торквемады об истории Мексики, ср. : Прескотта, «History of the conquest of Mexico» (2 тома, Бостон, 1843); Брассер де Бурбур, «Histoire de nations civilisees du Mexique» (4 том., Пар., 1856 – 58); Мюллер, «Geschichte der amerikanischen Urreligionen» (Базель, 1855); Вайтц, «Antropologie der Naturvolker» (том IV, Лейпц., 1864); Фалье, «Etudes historiques et philosophiques sur les civilisations Azteque etc.» (2 тома, Париж, 1869 – 74); Банкрофт, «The native races of the Pacific States of North America» (6 томов, Сан-Франциско и Лейпциг, 1875); Бастиан, «Die Kulturlander des alten Amerika» (2 т., Берл., 1878).
Аэродинамика
Аэродинамика (греч.) – наука о законах, по которым происходить движение газообразных тел или газов, с включением описания приборов, которыми эти законы экспериментально доказываются, равно как и машин в которых применяются в технике движение газов. – Главнейшим законом в А. является применяемое также к жидкостям положение Торричели, что скорость, с которой газ вытекает из отверстия в стенке сосуда, зависит от высоты столба воды или ртути, которым изменяется сжатие или упругость газа и притом скорость будет такова, что при учетверенном давлении она удвоится, при удевятеренном – утроится и т.д. Газы различной плотности, как напр. водород и углекислота, вытекают при одинаковом давлении с различной скоростью. Так напр., газ, который в шестнадцать раз легче атмосферного воздуха, будет в 4 раза скорее вытекать, чем последний; газ, который легче в девять раз, будет проходить в три раза скорее. Таким образом, скорости истечения для одних и тех же газов относятся между собой, как квадратные корни из их высот давления, для различных же газов при одном и том же давлении, как квадратные корни из их удельных весов. При истечении газов имеет место также сжимание струи (contractio venae), как и в капельножидких телах. Явление всасывания происходит также при истечении газов, равно как и при истечении жидкостей. На этом основан опубликованный Клеманом и Деформом (в 1826 г.) аэродинамический парадокс, который на опыте можно наблюдать, если напр. выдувать из воронки свернутую воронкообразно бумажную трубку. Бумага эта вместо того, чтобы вылететь или отстать, наоборот прижимается к стенкам воронки. Это происходить вследствие того, что при выдувании воздух. находящийся между бумажной трубкой и бумагой, увлекается отчасти вдуваемой воздушной струей; вследствие этого между бумагой и воронкой воздух разрежается, и наружное воздушное давление прижимает бумагу к стенкам. На том же основано устройство пульверизаторов – иньекторов новейшего времени. Относительно приборов, которые служат для собирания газов и удаления их. Подобно жидкостям, газы представляют сопротивление каждому телу, движущемуся в них, и сопротивление это значительнее, чем больше поверхность движущегося тела и чем больше его скорость. Если из двух тел, одинаковой величины и тяжести, одно движется вдвое быстрее другого, то оно должно не только вытеснить вдвое больший объем воздуха, чем тело движущееся медленнее, но и придать этому объему воздуха двойную скорость, так что ему придется преодолевать вчетверо большее сопротивление, чем телу, движущемуся вдвое медленнее. Из этого следует, что сопротивление увеличивается пропорционально квадрату скорости, на самом же деле это увеличение идет еще скорее. Отсюда очевидно, почему для легких и объемистых тел ускоренное движение при падении переходит в равномерное. На последнем основано действие парашюта. Движущиеся воздушные массы могут передавать свое движение также твердым телам. На этом основано устройство мельниц.
Аэростат
Аэростат (греч.) или воздушный шар. Так как воздух сходен с водой в отношении легкой подвижности частиц и подобно воде имеет вес, то каждое тело, находящееся в воздухе, проявляет те же свойства, какие оно проявляет, будучи погруженным в воду, т.е. следует закону Архимеда. Таким образом, каждое тело должно потерять в воздухе, столько весу сколько весит объем вытесненного им воздуха. Если тело весит меньше, чем объем вытесненного им воздуха, то оно должно следовательно подниматься вверх в воздух с силой, которая соответствует разности весов: объема вытесненного воздуха и собственного веса тела. Бумажные фабриканты братья Стефан и Иосиф Монгольфьеры в Аннонэ во Франции, устроили в первый раз приспособление (шар), которое было легче вытесняемого им воздуха. Для этой цели они приготовили из бумаги большой шар и наполнили его нагретым воздухом, который, вследствие своего расширения, был легче холодного. Вскоре после этого Шарль в Париже употребил вместо нагретого воздуха (авг. 1788 г.) водородный газ, который около 14 раз легче (в 1836 г.) атмосферного воздуха. Позже. по предложению Грена (Green), стали применять для наполнения воздушных шаров в тех городах, где было введено газовое освещение, светильный газ, который также по удельному весу своему легче атмосферного воздуха и добывание которого проще и дешевле добывания водорода. Так как воздушный шар поднимается вверх лишь в том случае, когда оболочка его и содержимое весят вместе менее вытесненного воздуха, то, очевидно, чем тяжелее материя его оболочки, чем больше груз шара и чем менее легок газ, которым наполнен шар, тем больше должен быть сделан сам шар. Тонкий шар из коллодиума, наполненный водородом, в состоянии подняться при величине диаметра его в 2 сантиметра. Шар из сусального золота требует для своего поднятия диаметра в 15 сантим., не отягченный ничем шар из так назыв. шелковой бумаги – 25 сант., наконец шар из вощеной тафты требует уже диаметра в 125 сант. Большие шары приготовляются из особой крепкой шелковой тафты (раньше они приготовлялись из китайской шелковой материи); они изготовляются, главным образом, в Париже, фабричным путем. Форма их была прежде шаро– или грушеобразная; в новейшем воздухоплавании им придают овальную, сигаровидную или рыбовидную форму, чтобы уменьшить их сопротивление по направлении их движения. Так как аэростаты в верхних разреженных слоях воздуха раздуваются, вследствие уменьшения внешнего давления, то их окружают сетками из крепких веревок для того, чтобы они не лопнули; к концам прикрепляется помещение для воздухоплавателей (у Монгольфьеров они состояло из круглой корзины, у Шарля оно имело вид лодки или ладьи). Движение аэростата вверх происходит с помощью выбрасывания балласта (песка), который для этой цели берется в лодку при отправлении; опускание аэростата происходит от выпускания газа с помощью особого клапана, от которого веревка проходит в лодку и дает воздухоплавателям возможность управлять им. Управления аэростатом пытались добиться с помощью воздушных винтов, колес, парусов и руля. Привязанные на крепких канатах (ballons сарtifs), равно как свободно поднимающиеся аэростаты служат для метеорологических исследований высших слоев воздуха. С помощью малых шаров, привязанных на нитке, измеряют высоты пещер. В последнее время стали применять А. для фотографирования с птичьего полета. Для этой цели пускают небольшой шар, с установленными на нем фотографическим аппаратом, на 3 тонких шнурках, которые дают возможность держать шар почти неподвижным. Фотографический аппарат снабжен затвором с особым механизмом, который дает возможность человеку, находящемуся на земле, действовать им. Достигается это или с помощью электрического прибора, от которого проводник спускается вниз, или механическим приспособлением, которое соединено с землей зажигательной ниткой. Лишь только зажженная нитка сгорела, механизм действует автоматически.
Аяксы
Аяксы (греч. AiaV) – имя двух греческих героев, участвовавших в осаде Трои. – Один из них, прозывавшийся Локрийцем или Младшим, был сыном Оилея, царя локров. Во главе 40 локрийских кораблей он присоединился к походу против Трои. В войске греков он считался одним из храбрейших героев, а в быстроте уступал одному лишь быстроногому Ахиллесу. После падения Трои, он силой вытащил из храма Паллады Кассандру, которая у богини искала защиты, и увлек ее в лагерь; по другому варианту, который впервые встречается у александрийских поэтов, он даже обесчестил ее в храме богини. Этим он навлек на себя месть богини, которая приговорила его к гибели в морских водах. Одиссей же, не упоминая об оскорблении Кассандры, а передавая вообще о его высокомерии и гневе Афины, повествует, что Посейдон спас бы его от морских волн, если бы в свою очередь, не был оскорблен надменностью героя. Судьба А. послужила сюжетом для одной из трагедий Софокла, которая до нас не дошла. – Второй А., прозванный Великим, сын Теламона, царя Саламина, с материнской стороны приходился внуком Эаку. С 12 кораблями он выступил против Трои и является у Гомера храбрейшим и прекраснейшим из греков после Ахиллеса. Когда по смерти Ахиллеса, доспехи последнего были присуждены не ему, а Одиссею, гнев и ярость обуяли душу героя, его ум омрачился и в отчаянии он бросился на меч. Трагическая смерть героя была излюбленной темой у древних авторов. Известно, что ее изобразил и Эсхил, но до нас дошла лишь трагедия Софокла. Пластика и живопись древности также охотно изображали подвиги обоих А. Ср. Григоревский, «А., герой греч. поэзии» («Фил. Зап.», 1867 г., №5, 6 и 1868, № 2).
Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Просмотров: 10 | Добавил: creditor | Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close