Главная » Словарь терминов по речевым коммуникациям
21:45
Словарь терминов по речевым коммуникациям
ПЕРИОД



Русский язык : энциклопедия / гл. ред. Ф.П.Филин. - М. : Издательство "Советская энциклопедия", 1979.

С.202

ПЕРИОД (греч. periodos - обход, круговращение, определённый круг времени) - развёрнутое синтаксическое построение, в котором составляющие элементы содержательной, синтаксической и ритмико-интонационной структуры находятся в гармоническом соответствие между собой. П. характеризуется единством темы, освещенной достаточно полно, разносторонне и законченно. Это - цельное описание, цельное повествование (П. повествовательный), цельное логическое рассуждение (П. ораторский). П. не имеет элементов из предшествующего контекста (см.), внутренних анафорических связей. Это небольшой связный текст, умещающийся в одном предложении. П. может быть простым, с повторяющимися однотипными группами однородных членов, сложносочинённым, в котором простые предложения воспроизводят одну и ту же предикативную (обычно глагольную) конструкцию; но чаще всего П. - это сложноподчинённое предложение, в котором главному предложению подчинены параллельно несколько придаточных одного вида - условных, причинных, временных, уступительных и т. п. Гармоническое соответствие между содержательным и синтаксическим уровнями П. состоит в том, что разные составные части, из которых слагается содержание П., воплощаются в разных синтаксических составляющих, а сходным элементом изложения соответствуют однотипные синтаксические конструкции. Напр., П., представляющий логическое рассуждение, на содержательном уровне членится на две части: основное положение (посылка) с рядом аргументов или дополнений и вывод. На синтаксическом уровне это членение может быть воспроизведено разными способами: первая часть - ряд однотипных придаточных; главная, заключающая, часть - вывод: первая часть - предложение с однородными членами, сопровождаемыми однородными придаточными, вторая часть - бессоюзно присоединённое простое предложение, выражающее обобщающую оценку, и т. д. Модели синтаксического строения П. и их конкретные воплощения исключительно многообразны. Каждая модель характеризуется не только соответствием синтаксического и содержательного уровней, но и сораз-

С.203

мерностью, уравновешенностью частей: если в П. есть цепь придаточных, они начинаются обычно с одинакового союза, имеют близкие размеры, сходное синтаксическое строение и т. д. Эти черты придают П. музыкальность и ритмичность. Интонационный контур П. характеризуется постепенно "нарастающим повышением с кульминацией в конце первой части, следующей далее паузой и глубоким понижением в конце. Интонационная структура П. соответствует его содержательному и синтаксическому членению, подчёркивая средствами просодии его стройность, внутреннюю напряжённость и завершённость. П. распространён в литературно обработанной речи: в художественной прозе, поэзии, публицистике, в ораторской речи. Формирование П. как особой формы синтаксического художественного построения на рус. основе происходит в прозе Н. М. Карамзина. В "Истории Государства Российского" (1816-24) П. как в наиболее сложных, так и в простых реализациях сохраняет верность не только главным, структурообразующим чертам (единство темы, внутренняя логичность, завершённость), но и более вторичным характерным признакам: П. у Карамзина округлён, соразмерен, в какой-то степени монотонен и одновременно величав, ср. П., построенный на деепричастных оборотах: "Достигнув цели, возникнув из ничтожности рабской до высоты самодержца, усилиями неутомимыми, хитростию неусыпною, коварством, происками, злодейством, наслаждался ли Годунов в полной мере своим величием, коего алкала душа его,- величием, купленным столь дорогою ценою?". П. использовали Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Аксаков, Герцен, Тургенев, Л. Толстой, Достоевский, М. Горький, Федин, Твардовский. П. эволюционирует вместе с художественным методом лит-ры; это особенно заметно в художественной прозе, где отказ от некоторых его вторичных, "внешних" признаков сопровождается, при верности главному, появлением новых признаков - разговорной интонацией, "ломаной линией", передающей нервный ритм и богатое психологическое звучание художественного текста, ср. П. из "Братьев Карамазовых" Достоевского: "А все-таки как ни будем мы злы, чего не дай бог, но как вспомним про то, как мы хоронили Илюшу, как мы любили его в последние дни и как вот сейчас говорили так дружно и так вместе у этого камня, то самый жестокий из нас человек и самый насмешливый, если мы такими сделаемся, все-таки не посмеет внутри себя посмеяться над тем, как он был добр и хорош в эту теперешнюю минуту!".

Известное со времён античности, понятие "П." получило глубокую и оригинальную разработку в рус. лингвистической традиции (труды М. В. Ломоносова, А. X. Востокова). Ломоносову принадлежит деление П., в зависимости от числа входящих в них предложений, на одночленные, двучленные, трёхчленные и т. д. Другая классификация проходит по таким структурным признакам, как объём членов П., объём групп подлежащего и сказуемого в отдельных членах, в связи с чем выделяются П. круглые и умеренные, зыблющиеся (с неравными частями), отрывные (без союзов). Востоковым было разработано понятие прозодического периода, близкое к понятию синтагмы (см.), сформулированному Л. В. Щербой,-простейшей синтаксической единицы речи, объединённой фразовым ударением. Связанное первоначально с изучением сложного предложения, понятие "П" в современном языкознании рассматривается как категория стилистического синтаксиса.



О.Г.Ревзина





Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.740

ПЕРИОД в риторике (от греч. periodos - обход, круговращение) - развернутое сложноподчиненное предложение, отличающееся полнотой раскрытия мысли и законченностью интонации. Обычно синтаксическая конструкция, открывающаяся в начале П., замыкается лишь в конце его, а придаточные прдложения, всесторонне освещающие главное, вставляются в нее, как в рамку. Мелодия голоса членит П. на восходящий протасис и нисходящий аподосис, паузы членят его на несколько колонов, из которых последний обысно удлинен и ритмизован. Возможны и П. из одного колона; в нем интонационное нагнетание достигается расположением слов и стилистическими фигурами. Периодическое построение речи обычно разрабатывается в процессе

Стр.741

становления национального литературного языка (4-й в. до н.э. в Греции, 1-й в. до н.э. в Риме, 17-й в. во Франции; в России от М.В.Ломоносова до Н.В.Гоголя).

Пример прозаического П.: "Если я обладаю, почтенные судьи, хоть немного природным талантом, - а я сам сознаю, насколько он мал и ничтожен; если есть во мне навык к речам, - а здесь, сознаюсь, я кое-что уже сделал; если есть для общественных дел и польза и смысл от занятий моих над твореньями мысли и слова, от научной их проработки, - и тут о себе скажу откровенно, что в течение всей моей жизни я неустанно над этим трудился, - так вот, в благодарность за все, чем я теперь обладаю, вправе потребовать здесь от меня, можно сказать, по законному праву, защиты вот этот Лициний" (Цицерон, пер. С.Кондратьева). Классический пример П. в поэзии - "Когда волнуется желтеющая нива..." (1837) М.Ю.Лермонтова (протасис - три колона "когда...", аподосис - один колон "тогда...").



М.Л.Гаспаров





ПЕРИПЕТИЯ



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.740

ПЕРИПЕТИЯ (греч. peripeteia - внезапный поворот, перелом)-резкая неожиданная перемена в течении действия и судьбе персонажа. По Аристотелю, применившему термин к трагедии, П. определяется как "перемена делаемого к противоположному" ("Поэтика", гл. 11) и соотносится с переходом от счастья к несчастью либо наоборот (в "Царе Эдипе" Софокла вестник, думая успокоить Эдипа, раскрывает тайну его происхождения, которая, однако, подводит царя к ужасному прозрению). П. - следствие вторгающегося в действие случая и сопричастна категории возможного. Она - структурообразующий компонент традиционных эпических и, главное, драматических сюжетов (трагедийных и комедийных), особенно с ярко выраженной интригой. С помощью действия, насыщенного поворотными событиями, жизнь познается как прихотливая и резкая смена стечений обстоятельств, а люди предстают при этом подвластными судьбе, полной неожиданностей. Наиболее ярко явлены П. в сюжетах авантюрного характера. В литературе 19-20 вв., отмеченной интересом к устойчивым конфликтным положениям, широко использующей внутреннее действие, они утрачивают былое значение, но не исчезают вовсе (в "Дворянском гнезде", 1859, И.С.Тургенева - приезд жены Лаврецкого, считавшейся умершей, сразу после его объяснения с Лизой).



В.Е.Хализев





ПЕРИФРАЗ(А)



Русский язык : энциклопедия / гл. ред. Ф.П.Филин. - М. : Издательство "Советская энциклопедия", 1979.

С.203

ПЕРИФРАЗА, перифраз (от греч. periphrasis - описательное выражение, иносказание),- стилистический приём, состоящий в непрямом описательном обозначении предмета, понятия, явления путём подчёркивания к.-л. его стороны, качества, существенных в данном контексте, ситуации. Такое обозначение обычно содержит оценку: колыбель революции - Ленинград.

П. используются в языке художественной лит-ры, в языке газеты и в разговорной речи. Значительную их часть составляют установившиеся, общепринятые, общепонятные сочетания, являющиеся, как правило, фразеологизмами, напр.: устойчивые сочетания - королева полей, лесные санитары; идиомы - кровь с молоком, бить баклуши; крылатые выражения - дамоклов меч, кануть в Лету; А ларчик просто открывался.

Другую группу П. составляют выражения, понятные только из контекста и действительные только для данного текста или ситуации; они гл. обр. являются индивидуально-авторскими: "(Лось) пошел ломать осинник" (Песков), т. е. побежал через осинник напролом. Назначение П. - сделать текст, высказывание выразительными, целенаправленными, более действенными, поэтому необходимо, чтобы смысл её был понятен читателю и особенно слушателю: "Три черных вихря разметают сугроб" (Песков) - только контекст (рассказ об охоте на медведя) подсказывает, что чёрные вихри - это бросившиеся на зверя собаки. П. второй группы со временем могут стать общепринятыми, как, напр., маяки пятилетки, великий почин, чёрное золото.

В П. могут быть использованы такие тропы (см.), как метафора (см.): "Ах, увял головы моей куст" (Есенин); мето-

С.204

нимия (см.): "Все флаги в гости будут к нам" (Пушкин); синекдоха (см.) "Когда для смертного умолкнет шумный день" (Пушкин). Разновидности П. - эвфемизм (см.) и табу (см.).

Следует различать П. и перефразирование, или перефразировку, - намеренное частичное изменение крылатого слова, изречения, пословицы по условиям контекста, ситуации.

Лит.: Потебня А.А. Из записок по теории словесности, Хар., 1905, с.217; Кожин А.Н., Перифраза как стилистическое средство пблицистической речи. "Уч. зап. МОПИ им. Н.К.Крупской", 1964, т.148, в.10; Синельникова Л.Н., К вопросу о сущности перифразы как функционально-семантической единицы речи, в сб.: Вопросы грамматического строя современного русского языка, М., 1972.



Ю.А.Бельчиков





Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.740

ПЕРИФРАЗ(А) (греч. periphrasis - окольный оборот) - троп, описательно выражающий одно понятие с помощью нескольких; от самых простых случаев ("погрузился в сон" вместо "заснул") до самых сложных ("с длинных усов, напудренных тем неумолимым парикмахером, который без зову является и к красавице и к уроду и насильно пудрит уже несколько тысяч лет весь род человеческий" вместо "с седых усов" - Н.В.Гоголь). Характерен для поэтики барокко, романтизма. Частные случаи П. - эвфемизм, литота. Не путать С парафразом.



М.Л.Гаспаров





ПЕРСОНАЖ



Белокурова С.П. Словарь литературоведческих терминов / С.П.Белокурова. - СПб. : Паритет, 2006.

С. 120

ПЕРСОНАЖ (франц. personnage < лат. persona - лицо, личность) - общее название любого действующего

С. 121

лица литературного произведения. П. подразделяются на главных (см. Герой литературный), второстепенных, эпизодических, внесценических (в пьесах). Как правило, термин П. употребляется по отношению не к главным, а ко второстепенным действующим лицам.



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

ПЕРСОНАЖ см. ГЕРОЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ



Литературный энциклопедический словарь / [подгот. Е.И. Бонч-Бруевич и др.] ; под общ. ред. В.М. Кожевникова, П.А. Николаева. - М. : Сов.энциклопедия, 1987. - 750 с.

С. 276

ПЕРСОНАЖ, обычно - то же, что и литературный герой. В литературоведении термин "П." употребляется в более узком, но не всегда одинаковом смысле, который нередко выявляется лишь в контексте.

Чаще всего под П. понимают действующее лицо. Однако и здесь различаются два толкования:

1. лицо, представленное и характеризующееся в действии, а не в описаниях (ему соответствуют более всего герои драматургии, образы-роли), - такое ограничительное понимание термина "П." воспринимается уже как устарелое;

2. любое действующее лицо, субъект действия вообще, представлен ли он непосредственно, или о нем рассказывается, - это понимание термина самое распространенное, применяется к различным лит. героям (кроме лирического героя, нельзя сказать "лирический персонаж"). Часто под П. понимают лишь второстепенное лицо, не влияющее существенно на события в произведении ("эпизодический П.", но не "эпизодический герой").





Современное зарубежное литературоведение : Страны Зап. Европы и США : Концепции, школы, термины : Энцикл. справ. / Рос. акад. наук. Ин-т науч. информ. по обществ. наукам ; науч. ред. и сост.: И.П.Ильин, Е.А.Цурганова. - М. : Интрада, 1996.

С.90

ПЕРСОНАЖ - фр. PERSONNAGE, англ. CHARACTER, нем. PERSON, FIGUR - по представлениям нарратологии, сложный, многосоставной феномен, находящийся на пересечении различных аспектов того коммуникативного целого, каким является худож. произведение. Как правило, П.обладает двумя функциями: действия и рассказывания. Таким образом, он выполняет либо роль актора, либо рассказчика-нарратора.

Г. Джеймс обозначал П.в роли нарратора как "историка" или "субъекта", а в роли актора - как "героя" или "объекта" (204). Немецкоязычные теоретики Л.Шпитцер (338), Э.Леммерт (242), Ф.К.Штанцель (340) различают "повествующее Я" (erzahlendes Ich) и "переживающее", "испытывающее Я" (erlebendes Ich). Соответственно Б.Ромберг (315) различает "narrating I" и "experiencing I". Во франц. нарратологии общепринята терминология, восходящая к Женетту: "я-рассказывающее" и "я-рассказываемое" (je-narrant / je-narre).

В свою очередь, "я-рассказывающее" в соответствии со значительностью той роли, которую оно играет в истории, может в ней функционировать как протагонист ("авто-диегетический нарратор" у Женетта, 144, с.253; "Я как протагонист" у Н.Фридмана, 140, с.126-127; и "нарратор-главный персонаж" у Ромберга, 315, с.58-61) - например,

С.91

Марианна в "Жизни Марианны" Мариво, Печорин - автор той части "Героя нашего времени", которая носит название "Журнал Печорина".

Это же "Я-рассказывающее" может выступать и в качестве актора - персонажа второстепенного значения, играя роль "свидетеля" ("наблюдатель", "свидетель" Женетта, 144; "Я как свидетель" Н.Фридмана, 140; "нарратор-второстепенный персонаж" Ромберга, 315), - например, доктор Уотсон, рассказывающий о подвигах Шерлока Холмса.



И.П.Ильин





ПЛАГИАТ



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр. 747

ПЛАГИАТ (лат. plagio - похищаю) - воспроизведение чужого текста или его части под своим именем или псевдонимом, а также изложение чужих трудов без ссылки на них (см. Компиляция). От П. отличается заимствование, по поводу которого И.П.Эккерман в "Разговорах с Гете в последние годы его жизни" (1837-48) приводит слова поэта, скащзанные 4 января: "Когда видишь большого мастера, обнаруживаешь, что он использовал лучшие черты своих предшественников и что именно это сделало его великим. Такой художник, как Рафаэль, из земли не растет. Его искусство зиждилось на античности, на лучших творениях прошлого".



Белокурова С.П. Словарь литературоведческих терминов / С.П.Белокурова. - СПб. : Паритет, 2006.

С.122

ПЛАГИАТ (лат. plagiatus - похищенный) - присвоение чужого литературного произведения или его части и пу-

С.123

бликация его под своим именем или псевдоимом; литературное воровство. Не следует путать П. с парафразом или литературной преемственностью...





ПОВЕСТВОВАНИЕ



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.750

ПОВЕСТВОВАНИЕ - "событие рассказывания", т.е. общение повествующего субъекта (повествователя, рассказчика) с адресатом-читателем; совокупность композиционных форм речи, связывающих читателя с изображенным миром и приписанных автором повествователю или рассказчику. Это и отличает П. от сюжета, т.е. развертывания "события", о котором рассказывается в произведении. Специфический признак П. - его "посредническая" функция: осуществление контакта читателя с миром героев. При этом "не только субъект речи определяет речевое воплощение повествования, но и сами по себе формы речи вызывают с известной определенностью представление о субъекте, строят его образ" (Кожевникова, 5). Не относятся к П. те случаи, когда вставной рассказ персонажа имеет только характеристическое и сюжетное значение (рассказы генерала Иволгина в "Идиоте", в отличие от рассказов Томского в "Пиковой даме" или Максима Максимыча у Лермонтова) или когда пет наж сообщает о предмете, событии или другом действующем лице, но нет процесса рассказывания как предмета изображения.

Субъекты П. - повествователь и рассказчик - разграничиваются по-разному. Во-первых, обычно считается, что рассказчик легко отличим от автора именно благодаря форме первого лица-"Ich-Erzahlung", a третье лицо - "Er-Erzahlung" связано с позицией "всеведущего автора" (Р.Уэллек и О.Уоррен, В.Е.Хализев). Во-вторых, эти же субъекты изображения иногда различают как варианты воплощения в тексте авторской позиции: через сопоставление им разных "версий caмого себя" - "скрытый автор" и "недостоверный рассказчик" (У.Бут) или же разных "субъектных форм" - "носитель речи, не выявленный, не названный, растворенный в тексте", и "носитель речи, открыто организующий своей личностью весь текст (Б.О.Корман). В-третьих, противопоставляют "повествование в собственном смысле посредничества" и "изображение, т.е. отражение вымышленной действительности в сознании романного персонажа, при котором у читателя возникает иллюзия непосредственности его наблюдения за вымышленным миром, что включает и рассказывание (Ф.К.Штанцель).

Повествователь - тот, кто сообщает читателю о событиях и поступках персонажей, фиксирует ход времени, изображает облик действующих лиц и обстановку действия, анализирует внутреннее состояние героя и мотивы его поведения, характеризует его человеческий тип (душевный склад, темперамент, отношение к нравственным нормам), не будучи при этом ни участником событий, ни - что еще важнее - объектом изображения для кого-либо из персонажей. Специфика повествователя одновременно - во всеобъемлющем кругозоре границы совпадают с границами изображенного мира) и в адресованности его речи в первую очередь читателю, т.е. направленности ее как раз за пределы изображенного мира. Иначе говоря, эта специфика определена положением "на границе" вымышленной действительности. Повествователь - не лицо, а функция. Или, как говорит Т.Манн (в романе "Избранник", 1951), "невесомый, бес-

Стр.751

плотный и вездесущий дух повествования". Но функция может быть прикреплена к персонажу (или "дух" может быть воплощен в нем) - при том условии, что персонаж в качестве повествователя будет совершенно не совпадать с ним же как действующим лицом. Повествующий Гринев, напр., - отнюдь не определенная личность, в противоположность Гриневу - действующему лицу. Второй - объект изображения для первого; такой же, как и все остальные персонажи. "Всезнание" повествователя (ср. "Войну и мир") точно так же входит в авторский замысел, как в иных случаях - в "Преступлении и наказании" или в романах И.С.Тургенева - в него может входить и неполная осведомленность этого субъекта изображения.

В противоположность повествователю рассказчик находится не на границе вымышленного мира с действительностью автора и читателя, а целиком внутри изображенной реальности. Все основные моменты "события самого рассказывания" в этом случае становятся предметом изображения, "фактами" вымышленной действительности. Если повествователя внутри изображенного мира никто не видит и не предполагает возможности его существования, то рассказчик непременно входит в кругозор либо повествователя (Иван Великопольский в "Студенте" А.П.Чехова), либо персонажей (Иван Васильевич в "После бала" Л.Н.Толстого).

"Посредничество" повествователя помогает читателю прежде всего получить более достоверное и объективное представление о событиях и поступках, а также и о внутренней жизни персонажей. "Посредничество" рассказчика позволяет войти внутрь изображенного мира и взглянуть на события глазами персонажей. Первое связано с определенными преимуществами внешней точки зрения; напротив, произведения, стремящиеся непосредственно приобщить читателя к восприятию событий героями, обходятся вовсе или почти без повествователя, используя формы дневника, переписки, исповеди.

П. в собственном, узком смысле - тип высказывания, в котором доминирует информационная функция. Описание отличается от него функцией изобразительной, характеристика же представляет собой образ-рассуждение, цель которого - объяснить читателю характер персонажа. Но передача читателю различных сообщений - лишь один из возможных вариантов посреднической роли повествователя или рассказчика. Поэтому к области П. в широком смысле относятся и фрагменты без предметной направленности, имеющие чисто композиционное значение (см. Нарратология).

Лит.: Корман Б.О. Изучение текста художественного произведения. М., 1972; Бахтин М. Слово в романе // Он же. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975; Виноградов В.В. Избр. труды: О языке художественной прозы. [Т. 5]. М., 1980; Греймас А. К теории интерпретации мифологического нарратива // Зарубежные исследования по семиотике фольклора. Сб. ст.. М, 1985; Барт Р. Введение в структурный анализ повествовательных текстов // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX-XX вв. М., 1987; Кузнецова Т.Н. Техника повествования в ораторском искусстве // Поэтика древнеримской литературы. М., 1989; Бахтин М.М. Проблемы творчества Достоевского. 5-е изд. Киев, 1994; Кожевникова Н.А. Типы повествования в русской литературе XIX-XX вв. М., 1994; Манн Ю.В. Автор и повествование // Историческая поэтика: Литературные эпохи и типы художественного сознания. М., 1994; Prince С. A dictionary of narratology. Andershot (Hamp.), 1988; Stanzel F.K Theorie des Erzahlens. 5. Aufl. Gottingen, 1991.



Н.Д.Тамарченко





ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ИНСТАНЦИИ



Современное зарубежное литературоведение : Страны Зап. Европы и США : Концепции, школы, термины : Энцикл. справ. / Рос. акад. наук. Ин-т науч. информ. по обществ. наукам ; науч. ред. и сост.: И.П.Ильин, Е.А.Цурганова. - М. : Интрада, 1996.

С.91

ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ИНСТАНЦИИ - фр., англ. INSTANCES, нем. INSTANZEN. - В зависимости от установки исследователей на структуралистские, структурно-коммуникативные или рецептивно-эстетические теоретич. предпосылки получают различные терминологич. уточнения - инстанции нарративного лит. текста, рассказа, дискурса или разных категорий автора и читателя. Среди совр. нарратологов нет единого мнения о количестве П.И.: от четырех обязательных до восьми, включая четыре "факультативных", причем каждая из них у различных исследователей может получать дополнительную дифференциацию, расщепляясь до бесконечности (см.: нарративная типология). Особенно это касается категории читателя (конкретный, или реальный, абстрактный, или имплицитный, эксплицитный, виртуальный, идеальный, несостоятельный, предполагаемый, имманентный, интенциональный, концептуальный, фиктивный, продуцированный, воображаемый, информированный, архичитатель и т.д.).

Собственно, проблема разграничения различных типов внетекстовых читателей выходит за пределы интересов нарратологии в узком смысле слова и является прерогативой рецептивной эстетики. Однако в совр. условиях, когда в литературоведении происходит процесс активного взаимовлияния разных подходов, принципов и методик анализа, осуществить такое разграничение в конкретных теориях какого-либо литературоведа не всегда представляется возможным. Например, концепции нарратолога В.Шмида (327), Дж.Принса (297) по проблематике охватываемого круга вопросов затрагивают и рецептивно-эстетич. тематику. С другой стороны, X.Линк в своей влиятельной работе "Рецептивное исследование: Введение в методику и проблематику" (253) значительную ее часть отвела объяснению основных положений нарратологии как

С.92

необходимого введения в собственно рецептивную проблематику.

Основные П.И., выступающие в роли членов коммуникативной цепи, по которой осуществляется "передача" худож. информации от писателя к читателю, находящихся на противоположных полюсах процесса худож. коммуникации, - это, во-первых, реальные автор и читатель, находящиеся на внетекстовом уровне, и, во-вторых, многочисленные внутритекстовые инстанции. Нарратологи исходят из убеждения, что на каждом повествовательном уровне должна быть своя пара отправителя и получателя худож. информации. Первым таким уровнем, на котором возникает абстрактная или нормативная коммуникативная ситуация, является уровень взаимодействия абстрактного, имплицитного автора и абстрактного, имплицитного читателя. Оба они письменно не фиксируются в тексте, а лишь только постулируются необходимостью вовлечения лит. текста в коммуникативный процесс и поэтому являются абстрактно-теоретич. конструктами. На этом основании нем. славист В.Шмид предпочитает говорить об "абстрактном авторе" и "абстрактном читателе". В психологич. плане эти две инстанции реализуются как предполагаемые образы автора (интенция читателя) и читателя (интенция автора) и поэтому терминологически обозначаются как имплицитный, т.е. подразумеваемый, автор и имплицитный читатель.

Некоторые исследователи, например, С.Чэтман (77), ограничиваются этими четырьмя инстанциями, другие - Ж.Женнет (144), не учитывают имлицитного автора и имплицитного читателя в своей классификации, за что, в частности, последний подвергся критике со стороны Ш.Риммона (314) и В.Бронзвара (68).

Для лингвистически ориентированных нарратологов, близких структуралистским позициям, главное значение имеют П.И., зафиксированные в тексте. К их числу принадлежит основная П.И. - нарратор (рассказчик, повествователь), ответственный за "вербализацию", т.е. выражение в языковой форме худож. информации. Ее получателем на этом повествовательном уровне является наррататор, впервые получивший наиболее обстоятельное теоретич. обоснование в трудах амер. нарратолога Дж. Принса (296).

Дальнейшая детализация этого уровня, где действует коммуникативная пара нарратора и наррататора, привела к выделению еще двух подуровней со своими П.И. Если нарратор повествует в "личной грамматич. форме" (от анонимного пер-

С. 93

вого лица или лица персонажа-рассказчика), то постулируется возникновение уровня "фиктивной коммуникативной ситуации", на котором коммуницируют фиктивный, или эксплицитный автор ("фигура в тексте") и фиктивный, или эксплицитный читатель. Последний также может выступать как в роли персонажа - слушателя рассказываемой истории, так и в виде текстуально зафиксированных обращений эксплицитного автора типа "дорогой читатель", "Вы можете этому не поверить, но..." и т.д. Данный уровень, и, соответственно, его инстанции отсутствуют в "безличном", "имплицитном" повествовании от третьего лица.

Ж. Женетт (144) и М.Баль (44) выделили еще один коммуникативный уровень - уровень фокализации, где происходит вербализация зрительной перспективы, и, соответственно, фокализатора - отправителя этой воплощенной в слова зрительной информации и ее получателя - имплицитного зрителя. Если уровень "фиктивной коммуникации" помещается В.Шмидом и X.Линк над дискурсивным уровнем нарратора и наррататора (Линк, 253, с.25), то Баль отождествляет уровень фокализации с рассказом и располагает своего фокализатора между повествователем и актором - действующим лицом романного мира.

На самом глубинном уровне худож. произведения, на уровне "романного мира" (Линтвельт, 254, с.17), "изображаемого мира" (Шмид, 327, с.26) возникают многочисленные коммуникативные ситуации со своими нарраторами и наррататорами. Всякий раз, как кто-нибудь из персонажей-акторов берет слово, он тем самым возлагает на себя функцию повествователя, а его аудитория (неважно, в единственном или множественном лице) приобретает функцию наррататора. Естественно, что в случае диалога эти функции становятся попеременно взаимообратимыми.

Иными словами, любая П.И. - это прежде всего функция, и как таковая она представляет собой переменную величину в каждом конкретном эпизоде любого худож. текста. Постоянной она может быть только в своем абстрактном виде как теоретич. конструкт, абсолютизирующий и гипостазирующий изначально природную изменчивость явлений в фиктивную константность представлений идеального мира. Голл. исследователь Е.А. де Хаард отмечает, что в "Войне и мире" Толстого дистанция между повествователем и абстрактным автором "относительно

С. 94

невелика. Так, повествователь в этом романе выражает мнения, с которыми Толстой согласился бы в тот период своей жизни без всякого намека на иронию" (163, с.98); т.о. здесь констатируется факт совпадения позиций сразу трех П.И.: реального автора (Толстого в момент написания романа "Война и мир"), абстрактного автора (подразумеваемого, имплицитного автора этого произведения) и имперсонального повествователя-нарратора (повествование ведется от третьего лица). То же самое можно практически сказать и о всех остальных П.И.

В результате подобной изменчивости функций П.И., их способности быть более или менее очевидными или, наоборот, сливаться друг с другом в конкретной практике реального романного текста их довольно трудно вычленить в "чистом" виде; между ними существует огромное количество переходных форм. Этим и объясняется факт существующих разногласий в оценке и интерпретации конкретных худож. текстов при гораздо более явном консенсусе в отношении теоретич. положений дисциплины нарратологии.



И. П.Ильин
Теги: Словарь терминов по речевым коммуникациям
Просмотров: 21 | Добавил: creditor | Теги: Словарь терминов по речевым коммуни | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close