Главная » Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
18:56
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Рельсы
Рельсы, по которым непосредственно движутся колеса железнодорожного поезда – разделяются, в зависимости от формы их поперечного сечения. на симметрические (или двухголовчатые, употребляемые преимущественно на английских железных дорогах), желобчатые (употребляемые для конных дорог) и пр. Наибольшее распространение получили – а в России употребляются исключительно – Р. с широкой пятою, или знакомый тип рельс Виньоля. Р. этот состоит из пяты, шейки и головки. Практика службы Р. на разных железных дорогах, а также теоретические исследования дали возможность выработать некоторые требования, которые определяют качество стали, употребляемой на выделку рельсовой стали; вес Р. в зависимости от тяжести передвигающихся по ним поездов и соотношение между главными размерами профиля Р. В прежнее время Р. прокатывались исключительно из сварочного железа, добытого пудлингованием. Для первых железных дорог в России Р. привозились из-за границы. Для водворения рельсового производства в России правительство принимало разные меры, причем применялись: запрещение строящимся железным дорогам употреблять Р. иностранного производства, высокие охранительные пошлины, правительственные заказы и выдача премий русским рельсопрокатным заводам. До 1893 г., когда выдача премий прекратилась, заводам уплачено было правительством, не считая заказов по повышенным ценам, одной премии свыше 23000000 р. Первые железные Р. у нас изготовлены были в 1846 г. на заводи ГутаБанкова, затем рельсы стали выделываться на Уральских заводах (Нижнетагильском, Алапаевских, Камско-Воткинском), а вместе, с возникновением металлургической промышленности на юге России и переходом к стальным Р. (в 1860 – 70 гг.) развилось сталерельсовое производство и на других заводах. В начале 1890-х гг. выделывалось ок. 10 милл. пд., в настоящее время – свыше 20 милл. пд. Р. В России начали выделывать стальные Р. казенные Воткинские заводы, в 1867 г. Производство стальных Р., ныне почти исключительно применяемых, стало возможным, благодаря введению бессемеровского процесса приготовления стали. В настоящее время материалом для Р. служит бессемеровская и томасовская сталь, а также мартеновская. Усовершенствование этих процессов дало возможность выделывать сталь достаточно равномерную по составу и в таком большом количестве, что рельсопрокатные заводы, с производительностью в 4000 – 5000 Р. в неделю, не представляют ныне чего-либо чрезвычайного. Большие заводы, напр. – Круппа в Германии, Томсона в Англии, могут прокатывать до 1000 – 1700 Р. в сутки. При начале введения стальных Р. относительно материала ставились большие требования; так, напр., нередко предписывалось временное сопротивление па 75 кгр. на кв. мм., при твердости соответствующей пружинной стали. Р. из подобной стали действительно мало изнашиваются, но зато вследствие недостаточной вязкости они хрупче и чаще лопаются, особенно в сильные морозы. Подобную крепость и твердость обнаруживают лишь Р., в состав материала которых входит значительное количество углерода (0,4 – 0,5%), при содержании фосфора не более 0,08% и кремния не более 0,06%. Большинство металлургов Англии и Америки придерживаются этого состава. Европейские техники, предпочитая равномерность износа, зависящую от более равномерного состава стали и находящуюся в связи с этим большую прочность в пути, выделывают более мягкую сталь, приближающуюся по своему составу к литому железу. В этом материале углерода меньше и требуемая твердость достигается присутствием большего количества кремния и марганца. По русским правилам Р. изготовляются из стали с содержанием углерода не менее 0,4%, фосфора менее 0,1% и серы менее 0,1%. При этом разрывающее усилие на кв. мм. (R) и относительное удлинение (i) должны удовлетворять условию, чтобы сумма разрывающего усилия, сложенного с удвоенным удлинением (R + 2i), была не менее 82. Кроме того разрывающее усилие не должно быть менее 65 кгр. на кв. мм., а относительное удлинение не менее 6%. Тип Р. определяется весом их на погонную единицу; на русских железных дорогах употребляются Р. весом от 18 до 241/2 фн. в пог. фт. В настоящее время повсеместно замечается тенденция для перехода к более тяжелым Р., что обусловливается введением более сильных паровозов, передающих на Р. значительные давления (до 15 тонн и более на ось), и ускорением хода поездов, вызывающим усиленные напряжения в Р. Теоретически степень прочности Р. и величину проявляющегося в нем напряжения до последнего времени рассчитывали, исходя из определения момента внешних сил по формуле Винклера. Винклер вывел эту формулу в предположении, что Р. представляет балку, покоящуюся на неупругих опорах. Но формула Винклера не дает верного представления о напряжениях, проявляющихся в Р, вследствие чего она может служить лишь для выяснения сравнительного достоинства отдельных профилей Р. В действительности Р. лежит на упругих опорах. Новейшие формулы Энгессера, Циммермана и Шведлера вводят этот элемент в определение напряжений в Р. На некоторых железных дорогах, за границей, делаются опыты над исключительно тяжелыми Р. Вообще же введения Р. более тяжелых типов значительно удорожает стоимость первоначального устройства железнодорожного пути. Поэтому при необходимости упрочить путь для возможности движения более тяжелых и скорых поездов стараются иногда ранее введения более тяжелого типа Р. достигнуть этого увеличением числа укладываемых под ними шпал, причем вследствие сближения опор уменьшается свободный пролет Р., на который действует давление колеса. Отношение высоты Р. к ширине пяты его, от которого зависит устойчивость Р., изменяется от 0,79 до 1 (на русских железных дорогах от 0,8 до 0,9, на американских преимущественно 1). В зависимости от этого, высота Р. на русских железных дорогах, для разных типов Р., изменяется от 119,55 мм. (правительственный тип 221/2 фн. в погонном футе) до 127 мм. (напр. 24-фунтовый Р. Китайской Восточной жел. дор.), ширина пяты измеряется от 100 до 115 мм.; толщина края подошвы около 8 мм., толщина шейки около 12 мм., ширина головки 53 – 62 мм., толщина ее 35 – 39 мм. Для приемки Р. установлены правилами нашего министерства путей сообщения пробы на изгиб – посредством нагрузки и на излом – посредством удара. Для пробы изгибом, кусок Р., длиной не менее 5 фт., положенный на двух опорах, взаимно удаленных на 31/2 фт., подвергается действию груза от 700 (для Р. весом 18 фн. в погонном футе) до 1125 пд. (для 241/2 фунтового Р.), приложенного посредине между опорами. Окончательный постоянный прогиб под этим грузом не должен превосходить 3/4 мм. По русским правилам приемки Р. кусок Р. не менее 5 фт. подвергается пробе при температуре не менее 12° по Реомюру. Такой кусок Р. располагается на опорах, как при описанной выше пробе на изгиб, и подвергается двум ударам бабы, весом 30 пд., падающей с высоты от 6,75 фт. (для Р. 18 фунтовых) до 8,75 фт. (для Р. 241/2 фунтовых). При этом Р. может изгибаться, но не должен представлять никаких наружных признаков излома.
А. Таненбаум.
Рембрандт ван Рейн
Рембрандт ван Рейн (Rembrandt van Rijn) – великий голландский живописец и гравер, сын мельника Гармена Герритса и Нелтье Виллемсдохтер ван Рейн, род. 15 июля 1606 г. в Лейдене. Во время появления Р. на свет дела его отца находились в цветущем положении, что позволило ему дать своему четвертому сыну более тщательное образование, чем то, какое получили старине сыновья, сделавшиеся ремесленниками. Р. поступил в латинскую школу, с тем, чтобы впоследствии перейти в лейденский университет. Но школьные занятия не удовлетворяли Р.; он учился плохо, и в конце концов Гармен ван Рейн должен был уступить желанию своего сына сделаться живописцем. Первым учителем, к которому отец отдал Р., был Якоб ван Сваненбюрх, весьма посредственный живописец, но, как человек, побывавший и работавший в Италии, пользовавшийся у своих соотечественников большим уважением. Пробыв в мастерской этого художника около трех лет, Р. переехал в Амстердам и поступил там в ученье к Питеру Ластману, ученику Адама Эльсгеймера. Этот наставник оказал на Р. довольно значительное влияние и, по-видимому, научил его также гравировальному искусству. В 1623 г. Р. возвратился на родину, и, по всей вероятности, в 1628 г., был уже вполне готовым художником; по крайней мере известно, что в это время он уже имел ученика, а именно знаменитого впоследствии Герарда Доу. Первые известные картины Р. относятся к 1627 г. Большое число работ, исполненных им в этот период его жизни, свидетельствует о неустанном труде, с каким старался он совершенствоваться. Все окружающее доставляло ему модели, главным же образом он пользовался для своих эскизов, картин и гравюр лицами своих близких и своим собственным. К этому времени относятся многочисленные портреты его самого, матери, отца, а также изображения подмеченных им уличных типов и сцен. При этом Р. работал также и по заказам посторонних лиц, что доказывает, между прочим, хранящийся в кассельской галерее и помеченный 1630 г. портрет мужчины с двойной золотой цепью на шее. В 1631 г. Р. переселился в Амстердам, и с тех пор лишь изредка навещал свой родной город. В Амстердаме он очень быстро достиг известности; однако, несмотря на массу заказов, он не переставал работать единственно с целью своего усовершенствования, рисуя с натуры и гравируя интересные типы, которые попадались на каждом шагу в еврейском квартале города. В эту пору жизни Р. им были написаны: «Урок Анатомии» (1632, нах. в Гааге), портрет Коппеноля (нах. в Касселе) и эрмитажный портрет каллиграфа (1631 г. №808). В 1634 г. Р. женился на Саскии ван Юленборх, дочери ученого юриста. Этой женитьбой открывается самая счастливая пора его жизни: он пользуется материальным благосостоянием, избытком заказов и нужной привязанностью своей молодой супруги. Саския часто фигурирует в рембрандтовских произведениях этого периода, причем черты ее лица встречаются не только в портретах, но и в других картинах и гравюрах. Среди портретов Саскии наибольшей известностью пользуются: – «портрет невесты P.» (в кассельск. гал.), «Портрет Саскии» (в дрезд. гал.) и «Р. с его женою» (там же). Однако, счастье и довольство выпали на долю гениальному мастеру не надолго. В 1642 г. Саския скончалась; от семилетнего брака у нее было четверо детей, из которых только один сын, Титюс, пережил свою мать. С этой поры обстоятельства Р. изменяются к худшему; хотя он и нашел себе подругу жизни в лице своей служанки Гендрикие Ягерс, по прозвищу Стоффельс, от которой родилась у него дочь, но материальное благосостояние его пошатнулось вследствие овладевшей им страсти к коллекционерству художественных предметов и редкостей. Он тратил на них массу денег до такой степени, что в 1656 г. был объявлен несостоятельным должником, а в 1658 г. должен был оставить свой дом и переселиться в гостиницу. Чтобы помочь своему сожителю, Гендрикие, вместе с его сыном основала компанию, для торговли картинами, эстампами, гравюрами на дереве и всевозможными редкостями. Несмотря на то, дела Р. шли все хуже и хуже, особенно после кончины Гендрикие, около 1661 г. Чрез семь лет умер и сын художника, Титюс. Очутившись в тяжелом материальном положении, Р. не терял, однако, энергии, много работал, и все-таки, при всем своем трудолюбии, не мог выйти из стесненных обстоятельств. Причиной тому было то, что вкусы публики в это время изменились, и широкое, сочное письмо Р., его прием трактовать освещение, сосредоточивать освещение в одном пункте и оставлять остальные части картины в тени и полутени, перестали нравиться любителям искусства, которые стали увлекаться тщательно исполненной, светлой живописью. Р. ум. в крайней бедности, в первых числах октября 1669 г. В противоположность близорукому суду современников этого мастера, приговор потомства поставил его на высокое место в истории искусства. Р. – самый характерный представитель голландской школы живописи; в его творчество наиболее полно и всесторонне отразились тенденции этой школы, и благодаря необычайному гению, которым наделила его природа, произведения его являются как бы синтезом всей северной живописи. По своему миросозерцанию, Р., прежде всего, глубокий реалист: реализмом проникнуты все его работы, вне зависимости от того, из какой области он черпает для них сюжеты. Даже в таких изображениях, как мифологические, Р. не отрешается от действительности, представляет себе греческих богов и богинь в виде современных ему голландцев и голландок (как напр. в эрмитажной «Данае»). Еще более того: в некоторых картинах подобного рода, он как бы старается отринуть от себя всякое представление о присущей античным богам красоте форм, и умышленно вдается в некоторую карикатурность (напр. «Ганимед» дрезденского музея). Что касается до картин Р. на религиозные темы, то хотя и в них он остается верен реалистическому направлению и одевает фигуры в костюмы своего времени, однако, в этих произведениях ярко выражается теплое и благоговейное чувство, как напр. тогда, когда художник олицетворяет Спасителя, Богоматерь, учеников и последователей Христовых («Снятие со Креста» в эрмит. гал., 1634; «Христос с учениками на пути в Эммаус», в луврск. муз., 1648: гравюра «Христос исцеляет больных»; «Поклонение волхвов», в букингемск. дв., 1657, и др.). Портреты Р., в свою очередь, также реалистичны в высшей степени, не только точно передают внешние черты, но и выражают внутренний характер изображенных лиц, весь их нравственный облик, их национальность, род их деятельности. Последний особенно ярко подчеркивается аксессуарами, которые художник подбирает, сообразуясь с профессией представленного персонажа (Эрмитаж. «Каллиграф», гаагский «Урок анатомии», амстердамская «Гильдия ткачей»). Независимо от присущей рембрандтовским работам жизненности и совершенно особенных, только одному этому мастеру свойственных технических приемов, о которых будет сказано ниже, произведения Р. отличаются гениальной композицией. В его картинах и гравюрах, все имеющее существенное значение выдвигается, тем или иным способом, на первый план, и главные действующие лица характеризуются так тонко, что у зрителя не остается никаких недоумений относительно содержания изображаемой сцены. Что касается до рисунка, то Р. далеко не всегда гонится за его правильностью, иногда он прямо умышленно вдается в преувеличения, с очевидною целью усилить впечатление; зато его рисунок, подобно композиции, всегда в высшей степени выразителен. Главная отличительная особенность рембрандтовского колорита – отсутствие красочности – замечается как в ранних, так и в позднейших его работах; ни в одной из его картин нет тех красок, какими блещут произведения итальянских мастеров или, например, работы главы фламандской школы – Рубенса. Внимание Р. обращено главным образом на передачу игры света и тени, и в этой области гениальный мастер стоит на недосягаемой высоте. В его картинах изображенное представляется как бы окутанным воздухом, и игра света в этой насыщенной им атмосфере производит поразительные эффекты. Ставя себе задачей преодолевать трудности передачи того или другого светового эффекта, Р. нередко воспроизводить освещение настолько фантастическое и искусственное, что дает ученым повод спорить о том, при каком свете – дневном или ночном – происходить та или другая изображенная им сцена (например, известная картина амстердамского музея: «Ночной дозор»). Обыкновенно Р. распределяет свет таким образом, что главное по значению лицо или главная группа картины находится в наиболее сильном свете (напр. в «Уроке анатомии»), световые же рефлексы от этой главной группы распространяются на прочие ближайшие к ней лица или аксессуары, и, наконец, остальные части картины тонут в прозрачном, глубоком полумраке, полном воздушности. Впечатление, производимое таким гениальным распределением света и тени, усиливается тем, что наиболее освещенные части выписаны более тщательно, чем остальные трактованные широко и сочно, иногда только намеками. Мастерство в области передачи света и тени вырабатывалось у Р. постепенно. В своих первых, по времени, работах Р. старался изображать природу в том виде, как она ему представлялась, без погони за световыми эффектами, хотя уже и в эту пору в его творениях проскальзывают намеки на будущую рембрандтовскую светотень (напр. «Св. Павел в темнице», 1627, в штутгартской галерее). До наивысшего развития светотень, а вместе с тем и другие достоинства кисти Р., достигают в среднюю пору его деятельности. Как уже было сказано выше, житейские невзгоды, постигшие художника, не могли не отозваться на его творчестве. В некоторых картинах, написанных им вскоре после его банкротства, прежние прозрачные и теплые тона сменяются более тусклыми; свет утрачивает свою интенсивность, кисть делается менее сочной. Однако, такой упадок был только временный, и под конец своей жизни Р. снова стад производить вещи великие, неподражаемые, сообщив своей фактуре еще большие свободу и ширину; так например в 1661 г. им были написаны: знаменитые «Синдики гильдии ткачей» (наход. в Амстердаме) и «Возвращение блудного сына» (имп. Эрмитаж, № 797), а в 1682 – «Еврейская невеста» (в амстердамском музее). Многочисленные гравюры Р. отмечены теми же достоинствами, как и его картины: характерность рисунка, мастерская передача трудных световых эффектов, свободный, уместно тонкий или энергичный ход гравировальной иглы – отличительные качества P., как гравера. Перечислить все его картины и гравюры представляло бы слишком большой труд; достаточно будет сказать, что его творческая мысль проникала во все сферы человеческого бытия; портреты, сцены из современной жизни, мифологические, библейские, евангельские и исторические сюжеты – все это занимало художника. Однако, преимущественною его любовью пользовались темы из Библии и Евангелия, как более соответствовавшие протестантскому мировоззрению великого мастера. С особенным интересом и наиболее часто он обращался к истории страданий Спасителя, которые трактовал в картинах и гравюрах, полных христианского чувства. Произведения Р. высоко ценятся любителями искусства; обладание ими составляет гордость всякого музея; всех других картинных галерей богаче ими Императорский Эрмитаж, в котором насчитываются 42 картины Р. Великий мастер оказал огромное влияние на всю голландскую живопись; главные из его непосредственных учеников – Ф. Боль, Г. Флинк, Г. ван ден Экгоут, А. де Гельдер, Н. Мас, Фабрициюс, Ф. де Конинк. С. ван Гогстратен, Я. Бакер, Я. де Вет, В. де Портер, Ю. Овенс, А. Вердаль и Дрост. Ср. Схельтема, «Redevoering over het leven en de verdiensten van R. Van Rijn» (Амстердам, 1853; по-франц. П., 1866); Восмар, «R., sa vie et ses oeuvres» (2 изд., Гаага, 1877); Э. Фромантен, в «Les maitres d'autrefois» (3 изд., 1877); Боде, «Studien zur Geschichte der hollandischen Malerei» (Брауншвейг, 1883); Блан, «L'oeuvrede R.» (H., 1880, 371 л.); Дютюи, «L'oeuvre complet de R.» (около 368 л.; там же, 1883); Д. А. Ровинский, «Полное собрание гравюр P.» (1000 фототипий, СПб., 1890); Э. Мишель, «R., sa vie, son oeuvre et son temps» (П., 1893): Ф. Зейдлиц, «Rembrandts Radierungen» (Лпц., 1894); его же, «Kritisches Verzeichniss der Radierungen R.» (там же, 1886); анонимного автора, «R. als Erzieher»; Кнакфус, «Rembrandt» (в «KunstIermonographien»; русск. перев., СПб., 1890); Боде, «Oeuvre complet de R.» (вышли в свет I и II тт., П.). А. А. Сомов.
Ремиссия
Ремиссия – термин торгового права, которым означают как возврат (обратную отсылку) ценностей и пр., так и уступку (скидку), делаемую для округления платежей.
Ренан
Ренан (Жозеф Эрнест Renan) – знаменитый французский филолог и историк, родился в небольшом городке Бретани, в 1823 г. Его отец, небогатый моряк, умер, когда Р. было 5 лет. Наибольшее влияние на Р. в детстве оказывала его старшая сестра, Генриетта, с которой он сохранил дружбу до самой ее смерти. Мать Р., имея в виду посвятить его церкви, отдала его в местную духовную семинарию, откуда он перешел в 1838 г. в парижскую семинарию св. Николая (St.-Nicolas du Chardonnet), которою управлял тогда знаменитый впоследствии Дюпанлу. Это было небольшое, но блестящее и модное учебное заведение, куда поступали избранные ученики, по большей части из знатных фамилий. Здесь Р. впервые познакомился с светской литературой; Мишле, В. Гюго и Ламартин произвели на него особенно сильное впечатление. Так как в семинарии св. Николая не было философского класса, то Р. перешел в 1842 г. в Исси (Issy), в отделение большой семинарии св. Сульпиция. Знакомство с немецкой философией нанесло первый ударь его прежним верованиям: с этих пор «вечное fieri», метаморфоза без конца стала казаться ему законом мира" – но он оставался еще католиком по чувству и намеревался сделаться священником, утверждая, что для этого нет надобности воровать во все то, чему будешь учить. В 1843 г. он поступил, для изучения богословия, в семинарию св. Сульпиция и увлекся изучением еврейского языка, под руководством аббата Ле-Гира (Le Hir). В следующем году ему было поручено преподавание еврейской грамматики в семинарии и позволено слушать в университете лекции знаменитого археолога Катрмера. Ле-Гир рассчитывал сделать из Р. светило католической науки; но занятия еврейским языком, положив начало научной карьере Р., повели к окончательному его разрыву с церковью. Историк, а не философ по натуре. Р., после ближайшего ознакомления с библейской критикой, окончательно признал невозможность для себя духовной карьеры, вышел из семинарии и не принял места преподавателя в духовной коллегии, только что основанной парижским архиепископом Аффром для сближения церковной науки со светской. На этот раз Р. остался твердым в своем решении, несмотря на все увещания своих прежних профессоров и руководителей. «Я не из тех – читаем мы в его „интимных письмах“, – которые решились никогда не изменять раз принятых воззрений, к какому бы научному результату они ни пришли.... Но в настоящее время я не могу верить в переворот, по крайней мере настолько сильный, чтобы привести меня к католической и священнической ортодоксальности». Чтобы как-нибудь материально устроиться, Р. принял место репетитора в Иезуитской подготовительной школе св. Станислава, но остался там лишь три недели, так как руководители школы стесняли только что приобретенную им свободу мысли. Он перешел репетитором в пансион Крузэ, где близко сошелся с одним из своих учеников и почти сверстником, известным впоследствии ученым Вертело; эта дружба не осталась без влияния на развитие Р. Не смотря на многочисленность занятий в пансионе. Р. продолжал изучение восточных языков, в 1847 г. сдал все университетские экзамены и получил место профессора философии в версальском лицее. В том же году он представил в акад. надписей рукопись своего первого ученого труда – «истории семитических языков» («Histoire generale des langues semitiques»), который в свое время имел весьма важное значение не только по филологической эрудиции автора, но и как одна из первых попыток изучения народной психологии на основании языка. До 1848 г. Р. мало интересовался политическими и социальными вопросами. Февральская революция произвела на него сильное впечатление, но не вызвала в нем особых симпатий к демократии. В книге: «Будущее науки» («L'Avenir de la science»), составленной в конце 1848 и в 1849 г., он проводит мысль, что нельзя желать торжества народа при его теперешнем состоянии, так как оно было бы хуже победы франков и вандалов: народ, однако, слишком силен, чтобы находиться в подчиненном положении: поэтому необходимо поднять и просветить его. К этому времени относятся работы P.: «Eclaircissements tires des langues smitiques sur quelques points de la prononciation greque» (П., 1849) и «Sur l'etude du grec dans l'occident au mоyen age», за которые он получил от академии надписей командировку для научных занятий в Италию. К этому же времени относится первая мысль Р. о критической истории происхождения христианства. «Самая важная книга XIX ст. – писал он тогда – будет иметь заглавие: Критическая история начал христианства („Histoire critique des origines de Christianisme“). Удивительный труд! я завидую тому, кто его выполнит. Такая книга будет трудом и моего зрелого возраста, если только не помешает смерть или роковые внешние обстоятельства». Восьмимесячное пребывание Р. в Италии возбудило в нем любовь к искусству и дополнило его развитие в эстетическом отношении, а научным результатом командировки была его докторская диссертация: «Averroes et l'Averroisme» (П., 1852). Побывав около этого времени в Берлине, где его сестра была гувернанткой в одной семье, Р., по возвращении вместе с нею в Париж, получил место при национальной библиотеке. В 1855 г. была издана его «История семитических языков»; в следующем году он был избран членом академии надписей. За этот период времени он поместил целый ряд статей по морали и истории религии в «Journal general de l'instrucеion publique», в «Revue asiatique», в «Journal des Debats» и в «Revue des deux Mondes». Эти статьи были изданы им потом в двух сборниках: «Etudes d'histoire religieuse» (П., 1857) и «Essais de morale et de critique» (П., 1859), создавших ему репутацию либерального философа. Около этого времени Р. женился на племяннице известного художника Ари Шеффера и вступил в состав редакции «Journal des Debats». Журнальная работа не отвлекла Р. от научных занятий; он перевел, с ученым комментарием, книгу Иова и Песнь Песней и написал «Nouvelles considerations sur le caractere general des peuples semitiques» (П., 1859). В 1857 г. умер Катрмер и в College de France освободилась кафедра еврейского языка и библейской экзегетики. Р. был единственным возможным кандидатом на эту кафедру, но министерство не решалось предоставить ее заведомому еретику, и Наполеон III, взамен кафедры, поставил Р. во главе экспедиции, снаряженной для археологического исследования древней Финикии (1860). Результаты этой командировки, продолжавшейся около года, Р. опубликовал в 1864 г. под загл.: «Mission de Phenicie». Его раскопки не особенно расширили наши сведения о Финикии; но Р. посетил Палестину, и под живым впечатлением виденных мест написал, во время экспедиции, «Vie de Jesus», в ее первоначальной форме, имея под руками только Новый Завет и сочинения Иосифа Флавия. По возвращении в Париж, Р. был назначен профессором в College de France, но при условиях крайне для него невыгодных: товарищи-специалисты считали его более литератором, нежели ученым; двор и церковь – еретиком, либералы – отступником, продавшимся Наполеону III. Его вступительная лекция (изданная под заглавием : «De la part des peuples semitiques dans l'histoire de la civilisation», П., 1862) была встречена враждебными возгласами, но окончилась шумной дружественной манифестацией слушателей, так как новый профессор смело и решительно изложил свои воззрения на начало христианства. Курс был приостановлен после первой лекции; Р. протестовал особой брошюрой («Chaire d'hebreu au College de France», H., 1862), но протест его остался без последствий. Тогдашний министр Дюрюи предложил ему променять кафедру на видное место в национальной библиотеке; Р. отказался и был лишен кафедры императорским декретом (1864). Вскоре после того он напечатал несколько работ по еврейской эпиграфике, а также «Rapport sur les progres de la litterature orientale et sur les ouvrages relatifs a l'Orient» (Пар., 1868). В 60-х годах вышли и три первых тома его «Histoire des origines du christianisme», доставившей ему всемирную известность, «Vie de Jesus» (Н., 1863), «Les Apotres» (П., 1866) и «Saint Paul» (П., 1869). Как критик и исследователь, Р. значительно уступает немецким ученым, на которых он весьма часто опирается. Его оригинальность, составляющая и сильную, и слабую сторону его произведений, состоит в художественной обрисовке деятелей и их среды. Опираясь на психологию современных религиозных людей и отчасти на свою собственную, тщательно изучив современную жизнь в Палестине (для этой цели Р. совершил еще раз путешествие на Восток), Р. пытается воссоздать в живой картине начало христианства в ранний период его истории. Отсюда захватывающий интерес его книг, отсюда же и коренной их недостаток – крайний субъективизм и модернизация первоначального христианства и его деятелей. В конце 60-х годов Р. сделал попытку вступить на политическое поприще: он написал книгу, посвященную текущей действительности («Questions contemporaines», Н., 1868), и в 1869 г. поставил в д-те Сены и Марны свою кандидатуру в законодательный корпус. Как политик. Р. был либеральным империалистом, в духе своего друга принца Наполеона, и так резюмировал свою программу: «свобода, прогресс без революции и без войны». Избран он не был. В это время, со смертью Мунка, снова освободилась кафедра еврейского языка в College de France, и Р. во второй раз поставил свою профессорскую кандидатуру, но безуспешно, что не помешало ему за несколько месяцев до падения Наполеона издать книгу («Monarchie constitutionelle en France», П., 1870), в которой он решительно защищает конституционную империю. Война 1870 г., с ее последствиями для Франции, нанесла тяжелый удар Р., но не излечила его политического идеализма. Воспитавшись на немецкой философии, проникнутый глубоким уважением к немецкой науке, Р. считал возможным примирение с Германией и в открытом письме к Дав. Штраусу, протестуя против отнятия у Франции Эльзас-Лотарингии, настаивал на необходимости совместного действия против общего врага цивилизации – славян, преимущественно русских. Штраус перевел письмо Р. и издал его, с своим ответом, в пользу немецких раненых, причем, подобно многим другим представителям немецкой науки, обнаружил такое настроение, при котором не могло быть и речи о примирении. Под влиянием этого разочарования Р. радикально изменил свою точку зрения по отношению к немцам и русским. С другой стороны, исход войны не уничтожил в Р. доверия к либеральному цезаризму, который, по его мнению, лучше всего мог излечить раны Франции. Самым подходящим для этого человеком ему казался принц Наполеон. Коммуна усилила в Р. глубокое недоверие к демократии. Свои политические впечатления Р. изложил в книге «Reforme intellectuelle et morale» (П., 1871) самой характерной для Р., как политика. Во время коммуны Р. жил в Версале и там обдумал свои «Dialogues philosophiques», с их презрением к толпе и требованием господства избранных, с их верой в торжество идеала, который будет богом и в то же время результатом эволюции. Философия Р. стоит не выше его политики. Отправившись в Рим, он написал здесь 4-й том своих «Origines» – «Antechrist», за которым вскоре последовали и три остальные тома («Les Evangiles», «L'eglise chretienne», «Marc Aurele»), в которых сильно заметно влияние на автора последних событий, заставивших его обратить особенное внимание на социально-политическую сторону истории христианства. Между тем еще правительство национальной обороны назначило Р. на кафедру в College de France, что заставило его интенсивнее заняться историей древних евреев. Плодом этих занятий были: «Corpus inscriptions cemiticarum (первый выпуск которого появился еще в 1867 г.), перевод Экклезиаста, с введением и комментариями; и „История народа израильского“ (Нistoire du peuple d'lsrael», 5 том., Н., 1893), второе главное основание всемирной известности Р. Это последнее произведение отличается теми же достоинствами и недостатками, как и «Les Origines du christianisme»: то же художественное воспроизведение прошлого в блестящей форме, тот же произвольный субъективизм в характеристиках, та же модернизация явлений прошлого. Как критик и исследователь, Р. и здесь значительно уступает немецким историкам, но превосходит их как художник. В 1879 г. Р. был избран членом франц. академии; в 1882 г. – президентом азиатского общества, в 1884 г. – администратором College de France. В 1883 г. появились его «Souvenirs d'enfance el de jeunesse», очень важные для его ранней биографии и весьма характерные для его настроения в старости. Такое же значение имеют его «Feuilles detachees». Между 1878 и 1886 гг. появились его «Философские драмы» («Caliban», «L'Eau de Jouvence», «Le pretre de Nemi», «L'Abbesse de Jouarre»), в которых выразились его политические, религиозные и этические воззрения. Самые характерные черты этих драм – крайний скептицизм по отношению к некоторым нормам нравственности (в «L'Abbesse de Jouarre») и примирение с Калибаном, т. е. с демократией. «По существу Калибан – говорит Р. – оказывает нам более услуг, чем это сделал бы Просперо, реставрированный иезуитами и папскими зуавами». Р. умер 2 (14) октября 1892 г. См. Rons, «Ernest R.» (П., 1882); M-me Darmesteter, «La vie de E. R.» (П., 1898).
M. Корелин.
Литература. В русск. переводе из соч. Р., помимо заграничного издания «Жизни Иисуса», имеются лишь мелкие произведения его, частью в виде отдельных брошюр («О происхождении языка», Ворон., 1886; «Что такое нация», СПб., 1886, 2 изд. 1888; «Ислам и наука», М., 1888; «Место семитских народов в истории цивилизации», М., 1888; «Разорение Иерусалима», М., 1886) или журнальных статей («Древние религии», в «Эпохе», 1864, №7; «Конец античного мира», из «Marc Aurele et la fin du monde antique», в «Деле», 1882, № 5 и 6; «Марк Аврелий» в «Заграничн. Вестнике», 1882, №1; «Иудаизм как раса и как религия», в «Восходе», 1883, №4), частью в виде сборников («Исторические очерки», под редакц. В. Чуйко, СПб., 1886; «Сборник мелких статей и речей», перев. В. Штейна, СПб., 1895), а также некоторые его рассказы («Бретонка» в «Сев. Вестнике», 1890, №7; «Трепальщик льна», в «Русск. Обозрении», 1893, №5; «Эмма Козилис», ib., №6). Литература о Р.: Desportes et Bournand, «Ernest Renan, sa vie et son ceuvre» (П., 1892): E. Grant Duff, «Ernest R., in memoriam» (Л., 1893); Seailles, «Ernest R., essai de biographie psychologique» (П., 1894); G. Monod, «Les maitres de l'histoire: R., Taine, Michelet» (П., 1894); Zeiler, «Strauss und R.» (в его «Histor. Vortrage und Abhandlungen», т. I); Allier, «La philosophie d'Ernest R.» (П., 1895); кн. С. Н. Трубецкой, «Р. и его философия» («Русск. Мысль», 1898, № 3); ст. Н. Страхова (в его «Борьбе с Западом»), А. Волкова («Правосл. Собеседник», 1877, №4), С-на («Рус. Обозрение», 1892, № 9 и 10), Л. Слонимского («Вестн. Европы», 1892, № 11 и 12); характеристики Э. Зола («Вестник Европы», 1878, № 5), Брандеса (перев. в «Деле», 1882, №3), Леметра (пер. в «Русск. Мысли», 1888, №4); Л. Слонимский, «Философские драмы Р.» («Вестн. Европы», 1893, №1); ст. К. Арсеньева о «Калибане» («Вестн. Европы», 1879, №1), об «Антихристе» (1875, №12), о «Souv. d'enf. et de jeun.» (1883, №9) и об «Истории Израильского народа» (1888, №6 и 1891, №5); Ю. Николаев, «Р., как беллетрист» («Рус. Обозрение», 1893, №6); абб. Гетэ, «Опровержение на выдуманную жизнь Иисуса Христа, соч. Э. Ренана» (пер, с франц., СПб., 1865); Берсье, «Царское достоинство Иисуса Христа, ответ Э. Ренану и Л. Толстому» («Правосл. Обозрение», 1889, №4); И. Яхонтов, «Изложение и историко-критический разбор мнения Р. о происхождении еврейского единобожия» («Прибавления к Творениям св. отцов», 1884, ч. XXXIII). С. Годлевский, «P., как человек и писатель» (СПб., 1895).
Ренегат
Ренегат (новолат.) – лицо, отрекшееся от своей веры, в особенности перешедшее из христианства в ислам.
Теги: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Просмотров: 4 | Добавил: creditor | Теги: словарь Брокгауза и Ефрона | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close