Главная » Словарь терминов по речевым коммуникациям
21:43
Словарь терминов по речевым коммуникациям
ЗАВЯЗКА



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.271

ЗАВЯЗКА - событие, знаменующее начало развития действия (решение Яго повести интригу против Отелло. - У.Шекспир. Отелло, 1604) либо обострение конфликта (встреча Ромео и Джульетты на балу. - Шекспир. Ромео и Джульетта, 1595) в эпических и драматических произведениях. Нередко этому предшествует экспозиция. Обычно 3. дается в начале произведения, но не всегда (решение Чичикова скупать "мертвые души" дано в конце первого тома поэмы Н.В.Гоголя).





ЗАМЫСЕЛ



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.273

ЗАМЫСЕЛ - первоначальная общая схема будущего произведения. 3. является первой ступенью творческого акта. С рассмотрения первоначального 3. обычно начинают изучение творческой истории произведения. 3. может зреть и вынашиваться постепенно, принимая все более отчетливые очертания, может вырасти из отдельного образа, сцены или возникнуть под влиянием какой-либо идеи. Знание 3. помогает точнее раскрыть смысл произведения. Свидетельством непрерывной эволюции 3. являются несколько редакций драмы "Маскарад" (1835-36) и поэмы "Демон" (1829-39) М.Ю.Лермонтова, романа Л.Н.Толстого "Война и мир" (1863-69). 3. "Фауста" (1808-31) возник у молодого Гёте в 1772-73, а концепция сложилась только в 1797-98, уже после того, как в 1790 был опубликован большой фрагмент драмы. В художе-

Стр.274

ственном творчестве наряду с "муками слова" существуют "муки замысла". Они связаны часто с поисками темы, которая является важнейшей составной частью "3.". Н.В.Гоголю нужно было получить от А.С.Пушкина темы "Ревизора" (1836) и "Мертвых душ" (1842), чтобы развернуть их затем в оригинальные художественные полотна. По существу, это были темы 3. произведений. 3. может оставаться невоплощенным или быть воплощенным частично. Известна обширная по первоначальному 3. повесть Пушкина "Гости съезжались на дачу", (1828-30) из которой написаны три небольшие главки. Неоконченным остался и роман Пушкина "Рославлев" (1831).



Л.М. Крупчанов





ЗНАК ЯЗЫКОВОЙ



Лингвистический энциклопедический словарь / Федер. целевая прогр. книгоизд. России ; подгот. Г.В.Якушева и др. ; гл. ред. В.Н. Ярцева. - 2-е изд., доп. - М. : Большая Рос. энцикл., 2002. - 707 с. : ил.

С.167

ЗНАК ЯЗЫКОВОЙ - материально- идеальное образование (двусторонняя единица языка), репрезентирующее предметг, свойство, отношение действительности; в своей совокупности З. я. образуют особого рода знаковую систему - язык. З. я. представляет единство определ. мыслит, содержания (означаемого) и цепочки фонематически расчлененных звуков (означающего). Две стороны З. я., будучи поставлены в отношение постоянной опосредованной сознанием связи, составляют устойчивое единство, которое посредством чувственно воспринимаемой формы знака, т. е. его материального носителя, репрезентирует социально приданное ему значение; только в единстве взаимосвязи двух сторон З. я. сознанием "схватывается", а знаком обозначается и выражается определ. "кусочек действительности", вычлененные факты и события.

Обе стороны З. я. взаимно обусловливают и предполагают друг друга, однако подчиняются общему закону асимметрии в языке. Существует точка зрения, что З. я. являются односторонними сущностями (см. об этом в ст. Знаковые теории языка).

Наиболее типичным З. я. является слово, ибо человеческое познание в целом и познават. образ предмета в частности определены практикой и результатами мышления предшествующих поколений, закрепленными в словах. Содержание словесных знаков носит, т. о., кумулятивный характер, т.е. складывается из накопленной ранее информации.

Означаемое одних словесных знаков представляет собой более или менее схематич. отражение элементов опыта человека, фактов и явлений окружающего его мира, формируя значение т. наз. характеризующих знаков, представленных полнозначными словами. Означаемое др. словесных знаков (местоимений, предлогов, союзов и др.) составляет информация о внутр. отношениях между самими знаками, о связях разл. предметов мысли в рамках сложных З. я. - в высказываниях.

Особое внутриструктурное назначение, а следовательно, и специфич. означаемое имеют словообразоват. и словоизменит. морфемы, реализующие свое значение в комбинации (и противопоставлении) с др. знаками и в силу этого называемые иногда полузнаками.

Гл. отличит. чертой словесного знака является двухступенчатый принцип построения его означающего: форма выражения любого словесного знака состоит из фонем, односторонних незнаковых единиц плана выражения, представленных в каждом языке ограниченным числом артикулированных, "семасиологизированных" (И. А. Бодуэн де Куртенэ) звуков, которые создают путем их комбинирования неограниченные возможности обозначения, наименования элементов объективной реальности всех сфер человеческой деятельности. Второй, нижестоящий, уровень незнаковых единиц в строении означающего словесного знака представлен дифференциальными признаками фонем, способствующими осуществлению не только перцептивной функции (функции восприятия), но и дистинктивной (различительной) функции фонем. Фонемы с их дифференциальными признаками интерпретируются (К. Л. Бюлер, О. С. Ахманова, Ю. С. Степанов) как своеобразные "знаки знаков"; в отличие от З. я. их называют также фигурами (Л. Ельмслев).

Т. о., словесный знак помимо обобщающей познават. функции выполняет функцию идентификации структурных единиц языка, как меньших, чем слово (фонемы, морфемы), так и больших (словосочетания, предложения).

Язык как сложная система знаков характеризуется двукратным означиванием ее единиц, которое формируется первично в системе средств (в целях выделения и обозначения релевантных признаков предметов, явлений) и вторично в речи [с целью передачи информации, прагматического (см. Прагматика) воздействия на участников коммуникативного акта].

З. я. не возникают и тем более не функционируют раздельно: любой языковой элемент означивается в рамках той или иной системы, микросистемы, ряда, формируясь на основе отработанных моделей, и строго подчиняется двум структурным измерениям человеческого языка - парадигматическому, представленному разл. оппозициями, группировками, парадигмами означающих и означаемых, и синтагматическому - сочетаемости знаков в линейном ряду. Знакам, являющимся полнозначными словами, присуще третье структурное измерение - ось семантич. производности, или ист. тождества, слова. З. я. могут быть расклассифицированы послед, признакам: 1)по принципу (способу) знакообразования: а) знаки первичного означивания, собственно семиологич. способа знакообразования (лексич. морфемы, полнозначные и служебные слова); б) знаки вторичного означивания, т. наз. (Э. Бенвенист) принципа семантич. интерпретации [все дискурсивные (речевые) знаки - высказывания].

2) По законченности/незаконченности процесса порождения законченных высказываний З. я. могут быть полными (предложения-высказывания) и неполными (слова, словосочетания).

3) По соотнесенности/несоотнесенности с актом речи З. я. (слова, предложения) могут носить виртуальный (потенциальный) и актуальный характер. Напр., у словесных знаков имеется 3 ступени актуализации их семантики: а) слово-лексема, семантически нерасчлененный виртуальный знак (напр., "дом"); б) сочетание слов (словосочетание) как относительно семантически расчлененный знак (напр., "старый дом", "отчий дом" и т. д.); в) словоупотребление - абсолютно актуализированный словесный знак в составе высказывания (напр., "Этот дом продается дешево"). Два крайних члена приведенного ряда составляют оппозицию: виртуальный словесный знак (в лексич. системе) - актуальный словесный знак (в речевом акте); средним между ними звеном является относительно актуализированный словесный знак - элемент лексико-семантич. системы языка.

4) По совокупности основных признаков (по категориальному значению, по выполняемым в речи функциям, по сфере преим. использования) словесные знаки разграничиваются на семиологич. классы: а) характеризующие - полнозначные слова; б) идентифицирующие - имена собственные; в) квантитативные - числительные; г) дейктические (см. Дейксис) - слова субъективного, объективного и внутри-структурного указания (личные, указат. и пр. местоимения); д) связочные (реляционные) - предлоги, союзы и т. п.; е) заместительные слова - неопредел., вопросит., отрицат. и др. местоимения.

Особую семиологич. область занимают полные З. я. - дискурсивные, разнообразные по структуре и выражаемому ими смыслу, обозначающие не только ситуации, но и события, факты, являющиеся "предметами мысли".

См. лит. при статьях Знаковые теории языка. Семиотика.



А.А.Уфимцева





ЗНАКОВЫЕ ТЕОРИИ ЯЗЫКА



Лингвистический энциклопедический словарь / Федер. целевая прогр. книгоизд. России ; подгот. Г.В.Якушева и др. ; гл. ред. В.Н. Ярцева. - 2-е изд., доп. - М. : Большая Рос. энцикл., 2002. - 707 с. : ил.

С.167

ЗНАКОВЫЕ ТЕОРИИ ЯЗЫКА - совокупность теоретических положений (идей, гипотез) о строении языка, рассматриваемого как система знаков (см. Знак язы-

С.168

ковой), и об отношении его к внеязыковой действительности. 3. т. я. не исчерпывают всех аспектов языка. Понятие знака, восходящее к стоикам, изначально определялось как двусторонняя сущность, образованная отношением означающего (semainon) - звуковой речи - и означаемого (semainomenon) - значения, интерпретируемых соответственно как "воспринимаемое" и "понимаемое". Определение знака как единства звуков и значения прошло через всю ср.-век. философию. В новое время теория о знаках человеческого языка была изложена в трудах В. Гумбольдта, сформулировавшего "закон знака", который вскрывал гл. универсальный принцип строения языков, механизм соединения значения и формы его выражения: это единство "коренится во внутреннем, соотнесенном с потребностями мыслительного развития, языковом сознании и в звуке", которые взаимодействуют между собой (Гумбольдт В., Избранные труды по языкознанию, М., 1984, с. 127).

Общие принципы знаковых концепций были сформированы на основе анализа свойств естественного языка одновременно разными науками - философией, логикой, математикой, психологией, лингвистикой в конкретных, специфических для каждой отрасли знаний целях, что позволяет разграничить знаковые теории по четырем науч. сферам: философской, логико-математической, психологической и лингвистической, хотя граница между ними относительна. Большое влияние на формирование 3. т. я. оказала семиотика. В "теории символич. форм" нем. философа Э. Кассирера (1923) язык рассматривается как одна из символич. форм наряду с религией, мифологией, культурой, наукой и т. п.

Логико-математическая линия представлена прежде всего работами Ч.С.Пирса, который разрабатывал особый вариант матем. логики, называемый "умозрительной или чистой грамматикой". По характеру соотношения двух сторон знака Пирс выделил 3 типа знаков: а) иконич. знаки, формируемые на основе подобия означающего и означаемого; 6) знаки-индексы, создаваемые отношением смежности означаемого и означающего; в) знаки-символы, порождаемые установлением связи означающего и означаемого по условному соглашению. Связь двух сторон знака-символа не зависит от их сходства; такой знак обретает статус условного установления и всеобщего правила. Пирс показал, что для человеческого языка, его знаковой организации синтаксис (в частности, модели предложений) играет не менее важную роль, чем лексика и морфология. В духе логич. позитивизма эти идеи развивает Р. Карнап, работы к-poгo ("Логический синтаксис языка", 1934, "Введение в семантику", т. 1 - 2, 1942 - 43) оказали большое влияние на лингвистич. знаковые теории.

Науч. программа Карнапа и его последователей сводилась к формализации синтаксиса естеств. языка, к описанию последнего как строго упорядоченной, предельно формализованной дедуктивной системы - "исчисления" (calculus); значение языковых форм, как препятствующее процессу формализации и математизации, было исключено из науч. исследования. В работах Карнапа понятие "знак", будучи приспособлено к конкретным нуждам спец. области знаний, гл. обр. математики и физики, полностью трансформируется. Если все предшествующие концепции знака трактовали эту категорию как двустороннюю сущность, сформированную отношением формы знака (знаконосителя) и его значения, то в теории Карнапа "знак" (sign) был приравнен к "знаковому выражению" (sign expression) и тем самым сведен к форме знака, к односторонней сущности. Характерной чертой знака стало не свойство "замещать что-либо", "репрезентировать (обобщенно) объекты реального мира", а "принадлежать к системе, быть членом строго формализов. системы, исчисления". Такое определение удовлетворяло осн. методологич. посылке логич. позитивистов - постулируемому ими одно-однозначному соответствию языка и мира объектов (фактов), находящихся один к другому лишь в отношениях обозначения, а не отображения.

З. т. я. на бихевиористской основе (см. Бихевиоризм в языкознании) создал Ч.У.Моррис. В концепции Морриса язык интерпретируется как "целенаправленное поведение" (goal-seeking behavior), введено понятие "знаковая ситуация", а знак определяется как сумма условий, достаточных для его формирования. Моррис ввел новое понятие системности знаков, разграничив последние по способу сигнификации на характеризующие (designators), оценочные (appraisors), предписывающие (prescriptors), идентифицирующие (identifiors) и знаки-форматоры (formators). Достижением теорий Морриса явилось разграничение трех семиотич. сфер: семантики, синтактики и прагматики, однако в этой теории все факторы, составляющие знаковую ситуацию и знаковое значение (определяемые в терминах "стимул", "реакция"), ставятся в зависимость только от субъекта, от его эмпирич. опыта и данных его чувственного восприятия. Влияние бихевиористских знаковых теорий испытал Л.Блумфилд (см. Дескриптивная лингвистика). В работе Ч.К.Огдена и А.А.Ричардса "Значение значения" (1923) исходными понятиями являются "символ", "мысль", "вещь", известные лингвистам (в разной терминологии) как необходимые константы "семантич. треугольника" (см. Семантика). Огден и Ричардс разработали теорию знаковых ситуаций (sign situation), введя понятие внутреннего психологического и внешнего контекста. Для этой теории, в противоположность бихевиоризму Блумфилда, характерно акцентирование факта связи знакового выражения (sign expression) с ментальным, мыслит, образом вещи. В работе А.X.Гардинера "Теория речи и языка" (1932) язык интерпретируется как сумма (outcome) бесчисленных индивидуальных речевых актов. К знакам Гардинер относил только слова, определяя их как "физич. субституты", которые обладают значением и которые, как носители смысла, должны легко трансформироваться. К этому типу исследовании примыкает теория австр. психолога К. Л. Бюлера, пытавшегося в работе "Теория языка" (1934) дать аксиоматику языка. Он предложил разграничение лексикона на слова-символы (Nennworter) и слова-указатели (Zeigworter).

Первым лингвистом, применившим понятие знака к конкретному описанию языка, был Ф. де Соссюр (см. Женевская школа). Через призму знака, моделирующего взаимоотношение двух "аморфных масс" - цепи звуков и потока мыслит, содержания, - он вскрыл некоторые существ, стороны механизма внутр. организации языка как системы. Рассматривая язык как "систему знаков, в которой единственно существенным является соединение смысла и акустического образа", он предложил семантич. понятия "знак", "значение", "значимости и др., применимые только к системе слов, т. е. к первичному этапу знакообразования. Ряд непоследовательностей его знаковой теории объясняется тем, что он исключил из рассмотрения реальный, функционирующий язык; напр., тезис о психич. характере обеих сторон знака проистекает из того, что физич. свойства словесного знака, обнаруживаемые только в актуальной речи, им не рассматривались. Для З. т. я. Соссюра характерно расплывчатое определение процесса и особенно результатов членимости языка, гипертрофия формальной и особенно содержат, значимости (valeur) слов, игнорирование фактов объективной действительности и обществ.-ист. опыта человека и механизма порождения речевых единиц, что привело к обедненному моделированию естеств. языка, не учитывающему его сложную иерархическую структуру. Идеи Соссюра были подхвачены многими последующими структуральными направлениями (см. Глоссематика, Копенгагенский лингвистический кружок).

Другой подход к определению сущности языка и языкового знака и к методам их исследования представляла пражская лингвистическая школа. Языковой знак определяется "пражцами" как социальная сущность, служащая посредником между членами одного коллектива и понимаемая только на базе всей системы значимостей, обязательной для всей языковой общности. Помимо двух постоянных факторов, детерминирующих языковой знак, - говорящего и слушающего - признается как необходимое условие семиозиса (т. е. процесса порождения знака) наличие третьего - реальной действительности, которую знак отображает. Пражская школа испытала на себе влияние рус. лингвистич. мысли, особенно идей И. А. Бодуэна де Куртенэ (см. Казанская лингвистическая школа).

В противоположность знаковой теории Соссюра Э. Бенвенист предложил единую концепцию членения языка в виде exfr мы уровней лингвистич. анализа, определив естеств. язык как знаковое образование особого рода с двукратным означиванием его единиц - в системе средств (первичное означивание, собственно семиологич. принцип знакообразования) и в речи (вторичное означивание, принцип семантич. интерпретации речевых единиц).

Бенвенист разграничил два разных, но взаимообусловленных этапа языкового семиозиса: единицы первичного означивания (слова) должны быть опознаны, идентифицированы с предметами и понятиями, которые они обозначают; единицы вторичного означивания (предложения, высказывания) должны быть поняты, соотнесены со смыслами, которые они несут.

Идеи изучения синтактики и прагмати; ки естеств. языка нашли также отражение в разработке знаковой теории дискую са в трудах Э. Бёйсенса ("Les langagej et le discours", 1943), Л. Прието ("Semiologie de la communication et semiologit de la signification", 1975). Идеи Р. Бари ("Основы семиологии") о знаковых системах как носителях смыслов в контец-те совр. европ. культуры разрабатываются гл. обр. применительно к худож.

С.169

текстам, в отвлечении от конкретных коммуникаций.

Философской основой З. т. я. в сов. языкознании является диалектич. материализм (см. Методология в языкознании, Философские проблемы языкознания), который в противоположность идеалистич. истолкованию понятий "языковой знак" и "язык" утверждает, что языковые знаки и язык в целом являются средством абстрагированной мыслит. деятельности и общения людей в условиях материального производства; представления, понятия и суждения людей суть отображения объективной действительности, предполагающие сходство между мыслит. образом, формирующим основу значения данного языкового знака, и отображаемыми объектами. Теоретич. разработка проблем знаковости естеств. языка представлена трудами А. Ф. Лосева, Ю. С. Степанова, Л. О. Резникова, Л. А. Абрамяна, Э. Г. Аветяна, К. К. Жоля и др. Работы Лосева о знаковой природе языка посвящены критике к знаковых теорий некоторых зарубежных ученых, разработке методологич. основ З. т. я., выработке аксиоматики и обоснованию билатеральности языковых знаков, системному описанию осн. семиотич. категорий (знак, символ).

Разрабатывая гносеологич. вопросы семиотики, Резников, в отличие от неопозитивистов, определяет язык как "сложное материально-идеальное образование, сочетающее в себе по отношению к объективной действительности свойства обозначения и отображения". При этом процесс обозначения языковыми знаками подчинен задачам отражения.

Абрамян в работе "Гносеологические проблемы теории знаков" (Ер., 1965) определяет значение языковых знаков как "особое отношение между компонентами знаковой ситуации, а именно специфическое отношение знака к предмету обозначения, зафиксированное адресатом". Аветян в своей кн. "Природа лингвистического знака" (Ер., 1968), определяя сущность языкового знака в отличие от признаков, сигналов и символов, утверждает, что "начало знаковости - в замещении и обобщении вещей". Жоль в работе "Мысль, слово, метафора" (1984) пишет о смыслообразующей знаковой деятельности человека и раскрывает марксистское определение языка как целенаправленной деятельности человека, рассматривая ключевые вопросы З. т. я. через призму понятий "сознание/мышление", "целесообразность/сознательность", "творчество/личность" и т. д.

Психофизиологическая основа членораздельной речи была обоснована русскими учеными И. М. Сеченовым и И. П. Павловым. Сеченов разработал материалистич. концепцию о мозговых механизмах сознания и воли ("Рефлексы головного мозга") и, предвосхитив понятие об обратной связи как регуляторе поведения, создал строго детерминистскую теорию о сложных формах познават. активности человека и познаваемости окружающего мира. Продолжателем идей Сеченова был Павлов, создавший учение о двух сигнальных системах действительности: сигналы первой (сенсорные), взаимодействуя с сигналами второй (речевыми), создают необходимые условия возникновения абстрактного мышления. Вторая сигнальная система действительности стала основой знаковой репрезентации материального мира при помощи языковых знаков, что позволило человеку оперировать не самими предметами, а знаками, их замещающими.

Другим последователем Сеченова был психолог Л. С. Выготский, разработавший культурно-ист. теорию развития психики человека. В рамках "орудийно-знаковой" теории человеческой деятельности Выготский создал динамич. модель языка, основанную на главной посылке: "Мысль не выражается в слове, она совершается в слове". Идеи Выготского, понимание языка как целенаправленной знаковой деятельности разрабатывались его последователями А. Н. Леонтьевым, A. Р. Лурией и др.

Логико-матем. изучение знаковости естеств. языка характеризуется применением к естеств. языку методов логич. формализации, матем. моделирования, вероятностно-статистич. приемов, позволяющих в разных целях формализовать его.

Исследования этого направления представлены в СССР как теоретич. работами (Ю. К. Лекомцев, Б. В. Бирюков, B. В. Мартынов), так и практич. приложениями, служащими непосредственно цели создания формализов. языков (языков программирования, информационных языков и т. п.). Естеств. язык исследуется как средство человеко-машинной коммуникации, он стал предметом изучения мн. прикладных дисциплин (Р. Г. Пиотровский, М. М. Лесохин, К. Ф. Лукьяненков, Б. В. Якушин и др.; см. также Математическая лингвистика, Автоматическая обработка текста).

Специфика языка как знаковой системы особого рода и проблема мотивированности языкового знака были предметом дискуссий 1967 в Москве и 1969 в Ленинграде.

Общеметодологич. и теоретич. вопросы о знаковой природе языка, такие, как "Знаковость языка и марксистско-ленинская теория познания" (В. М. Солнцев), "Развитие человеческого мышления и структура языка" (Б. А. Серебренников), освещены в кн. "Ленинизм и теоретические проблемы языкознания" (1970). Проблемные вопросы о характере языковых знаков нашли отражение в серии трудов Ин-та яз-знания АН СССР "Общее языкознание", под ред. акад. Серебренникова. В т. 1 (1970), в главе "Понятие языкового знака", рассмотрены вопросы: сущность знаковой репрезентации, природа языкового знака и его онтологич. свойства, особенности словесного знака, язык в сопоставлении со знаковыми системами иных типов, функциональные классификации знаков, отсутствие постоянного соответствия между типом означающего и типом означаемого, излишняя сигнализация, отсутствие прямой связи между единицами языковых планов и др.

В сов. лингвистич. лит-ре продолжает дискутироваться вопрос о двусторонно-сти/односторонности языкового знака, притом что представители как первой, так и второй точек зрения исходят из одних и тех же общеметодологич. посылок в определении сущности языка. Первую точку зрения разделяет Серебренников, Ю. С. Степанов, В. А. Звегинцев, Ю. Н. Караулов, Мартынов, А. С. Мельничук, Б. Н. Головин, В. Г. Гак, Н. А. Слюсарева, Н. Д. Арутюнова, Т. В. Шмелева (Булыгина), А. А. Уфимцева и др. Как одностороннюю сущность понимают языковой знак В. М. Солнцев, В. 3. Панфилов, А. А. Ветров, П. В. Чесноков, Т. П. Ломтев и некоторые др. Так, напр., Солнцев рассматривает знак как материальный предмет (в языке - звучание), социально используемый для указания на некоторое мыслит, содержание (в языке - значение), который через посредство этого содержания (или значения) может указывать на некоторую предметную область. То, на что указывает знак (означаемое), находится вне знака. В этом смысле, считает В. М. Солнцев, знак односторонен. С этой т. зр. слово как единство звучания и значения не является знаком, знаком является лишь звучание слова, а значение есть то, на что это звучание указывает.

Противопоставление обоих названных подходов снимается при принятии концепции "уровней, градаций знаковости" Ю. С. Степанова, которая выдвигает идею о том, что признаки фонем различают фонемы - односторонние единицы, являясь их знаками, фонемы различают морфемы - двусторонние единицы, являясь знаками последних, и т. д. (см. также Уровни языка).

Лит.: Ленин В. И., Материализм и эмпириокритицизм, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 18; Труды по знаковым системам, "Уч. зап. Тартуского ун-та". 1964 - 73, кн. 1 - 6; Резников Л. О., Гносеологич. вопросы семиотики. Л., 1964; Слюсарева Н. А. О знаковой ситуации, в кн.: Язык и мышление. М., 1967; Проблемы знака и значения, М., 1969; Общее яыкознание т. 1, М., 1970; Ленинизм и теоретич. проблемы языкознания, М., 1970; Мельников Г. П., О типах дуализмов языкового знака, НДВШ. ФН, 1971. ? 5; его же. Теории знака и особенности языкового знака, "Изв. Сев.-Кавк, науч. центра высшей школы. Обществ, науки", 1977, N 3; Степанов Ю. С, Семиотика, М., 1971; его же. В мире семиотики, в кн.; Семиотика, М., 1983; его же. В трехмерном пространстве языка, М., 1985; Бенвенист Э., Общая лингвистика, [пер. с франц.], М.. 1974; Уфимцева А. А., Типы словесных знаков, М.. 1974; ее же, Лексич. значение. Принцип семиология, описания лексики, М., 1986; Мартынов В. В., Семиологич. основы информатики. Минск, 1974; его же. Категории языка. Семиологич. аспект, М., 1982; [Степанов Ю. С, Эдельман Д. И.], Семиологич. принцип описания языка, в кн.: Принципы описания языков мира, М., 1976; Соссюр Ф. де, Труды по языкознанию, пер. с франц., М., 1977; Солнцев В. М., Язык как системно-структурное образование, 2 изд., М.. 1977; Панфилов В. 3., Гносеологич. аспекты филос. проблем языкознания, М., 1982; Серебренников Б. А., О материалнетич. подходе к явлениям языка, М., 1983; Семиотика, М., 1983; Семиотич. аспекты формализации интеллектуальной деятельности. Школа-семинар "Кутаиси-85". Тезисы докладов и сообщений. М., 1985; Сгалл П., Значение, содержание и прагматика, в кн.: НЗЛ, в. 16, М., 1985, с. 384-98.



А. А. Уфимцева





ИЗОКОЛОН



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.291

ИЗОКОЛОН (греч. isokolon) - равночленность, художественно ощутимое равновесие смежных колонов речи, обычно подчеркнутое синтаксическим параллелизмом, анафорой, сходством окончаний и пр. Пример (в первой фразе - И. из двух членов, во второй - из трех): "Спасите меня! возьмите меня! дайте мне тройку быстрых, как вихорь коней! Садись, мой ямщик, звени, мой колокольчик, взвейтеся, кони, и несите меня с этого света!" ("Записки сумасшедшего", 1835, Н.В.Гоголя). Иногда различается точное слоговое равенство колонов (собственно И.) и приблизительное (парисон).



М.Л.Гаспаров





ИНВЕРСИЯ



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.303

ИНВЕРСИЯ - (лат. inversio - переворачивание, перестановка) - фигура слова: нарушение "естественного" порядка слов. Два основных вида И. - перестановка смежных слов (анастрофа) и разъединение их (гипербатон) для выделения их во фразе: "И смертью чуждой сей земле не успокоенные гости" (т.е. гости сей чуждой земли, не успокоенные даже смертью) (А.С.Пушкин. Цыганы, 1824). Может эмфатически или логически выделять слово или часть предложения; применяется также в целях ритмико-мелодической организации речи. По аналогии со стилистической И. иногда говорят о ритмической И. (см. Синкопа), о композиционной И. (перестановка временной последовательности событий в сюжете) и пр.



М.Л.Гаспаров





ИНТЕРЬЕР



Литературная энциклопедия терминов и понятий / Рос. акад. наук, ИНИОН, [Федер. прогр. книгоизд. России] ; гл. ред. и сост. А.Н.Николюкин. - М. : Интелвак, 2001.

Стр.309

ИНТЕРЬЕР (фр. interieur - внутренний) в литературе - описание внутреннего убранства помещений, характеризующее эпоху, страну, социальный статус владельца, его вкусы. Описания И. есть уже у Гомера: Одиссей входит во дворец царя феаков Алкиноя, где было 'все лучезарно, как в небе светлое солнце иль месяц... / Медные стены во внутренность шли от порога и были / Сверху увенчаны светлым карнизом лазоревой стали; / Вход затворен был дверями, литыми из чистого злата; / Притолки их из сребра утверждались на медном пороге; / Также и князь их серебряным был, а кольцо золотое'. Роскошью дворца царя ракшасов Раваны в Ланке поражен проникший туда царь обезьян Хануман в 'Рамаяне' (4 в. до н.э.). В средневековых литературах Востока и Запада подобные описания практически отсутствуют, но исключительная роскошь по-прежнему отмечается, особенно на Востоке.

В эпоху Возрождения действие литературных произведений часто происходит в обыкновенных домах, но фиксировать общеизвестное авторы не считают нужным. Ф.Рабле, говоря об устройстве жилища телемитов, относительно подробно описал общественные сооружения своего утопического аббатства, а залы, покои и кабинеты - намного короче, сказав лишь о сменявшихся коврах, зеленом сукне на полу, вышитых покрывалах на кроватях, больших хрустальных зеркалах и о помещениях для пафюмеров и цирюльников перед залами женской половины.

Наибольшую роль И. играет в реалистической литературе 19 в. И.А.Гончаров описывает квартиру Обломова, в 'Преступлении и наказании' (1866) Ф.М.Достоевского мы попадаем в совершенно нищенские обиталища - проходная комната, где живут Мармеладовы, или каморка Раскольникова, похожая на шкаф и на гроб, или нелепая комната Сони с острым и тупым углами. Иногда детали И. приобретают особо важную роль, вплоть до символической. Елка в комнате, показанная на советской сцене 1920-х в 'Днях Турбиных' (1926) М.А.Булгакова, была дерзким напоминанием об искоренявшихся тогда дореволюционных обычаях. У А.П.Чехова, М.Горького, ряда зарубежных драматургов разрастаются и отчасти приобретают повествовательный характер ремарки в пьесах, в т.ч. описывающие место действия. Обычно это И. жилых комнат.



С.И.Кормилов
Теги: Словарь терминов по речевым коммуникациям
Просмотров: 106 | Добавил: creditor | Теги: Словарь терминов по речевым коммуни | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
close